Два товарища, выполняющие обязанности священников, ждали на опушке маленького островка леса посреди большой поляны – там, где было назначено. Они сказали, что, скорее всего, свидетель убийства больше никуда не поедет. Деревни заполнены необходимыми вещами, которые у него можно было купить, а сам он вернулся к себе. Сказали, что надо ждать еще два дня и уже тогда выезжать. Мирослав согласился и сказал, что очень хорошо будет ночью поджечь избу свидетеля. Так не придется вырываться из деревни с боем, если никто не заметит. Занимающиеся православными обрядами ответили, что это очень хорошо. И что, вероятно, если враг выживет, вырвется из горящей избы или потушит огонь, то его найдут и убьют. И заявили, что спасение Фивеи и убийства стрельцов в придорожных домах были большим делом. Теперь государство меньше влияет на происходящее в Ярославле и вокруг него. И противникам Никона проще выполнять православные обряды без церкви.
Наступил момент очередной встречи с двумя специалистами по православным обрядам. Они сказали, что свидетель был у себя дома три дня назад. Через деревню проехала телега, отправленная как перевозка свечей. Те, кто там был, останавливались, чтобы предложить на продажду свечи и другие вещи, и узнали свидетеля. Можно было ехать для того, чтобы его убивать. Отряд, включая Мирослава, его товарищей, кроме Рауля, четырех крестьян, участвовавших в покушении, и двоих, выполнявших православные обряды, выехал в сторону поселения, где жил свидетель. Доехали как и в прошлый раз – за два дня. К деревне, в которой жил враг, подъехали с северной стороны. Уточнили, что убивать врага будут путем поджога избы, где он жил. Скорее всего, он сгорит вместе с родственниками. Винсента и одного из крестьян оставили в лесу где-то в полутора путевых верстах к северу от деревни стеречь лошадей. Место для этого выбрали такое, что можно будет найти, – приметное вроде расположение полян. Сами отправились поджигать избу. Договорились, что, если к рассвету следующим утром отряд не вернется, Винсент и крестьянин с лошадьми будут двигаться к лагерю. Если же отряд, отправившийся на поджог, не найдет к тому же времени Винсента, крестьянина и лошадей – пойдет к лагерю пешком. Далеко. При этом у каждого будет немного еды. Может быть, кому-нибудь, кроме Мирослава и его товарищей, придется тяжело – они несли на себе стрелковое оружие, все. И специалисты по православным обрядам тоже – один взял с собой тяжелую фитильную пищаль, второй – колесцовый пистолет. В числе противников Никона были люди, которые могли починить замок такого пистолета, если будет нужно.
Отряд тихо подошел к деревне. У всех на себе уже были мешки с сухими дровами для поджога. Нужно было ждать. Было решено отойти подальше от опушки, чтобы избежать встречи с местными, что и было сделано. Начали дожидаться темноты.
Стемнело. К деревне подошли с юга. Выглянули с опушки. Начали приближаться и заметили светлые пятнышки на домах – в некоторых избах имелись окна, затянутые бычьим пузырем, и было видно, что сейчас там находилась часть жителей, которые не спали. Мирослав повел отряд обратно. Нужно было ждать дальше. Еще было далеко до середины ночи – а огни уже не горели. Подождали еще немного и двинулись в деревню. Крестьяне и специалисты по православным обрядам шли тихо, чтобы не разбудить жителей. У них это получалось. Наконец, дошли до избы свидетеля, и один из двух занимающихся православными обрядами стал шептать Тобиасу, что это именно та изба, именно тут живут свидетель с родственниками. Второй подтвердил это. Сложили половину дров у двери. Окошки в постройке – весьма большие, можно и вылезти. Начали поджигать с двери и трех углов. Одним из них был один из двух углов, которым заканчивалась стена с дверью, – тот, который находился дальше от двери. Другие два угла – те, которыми заканчивалась стена, противоположная той, в которой находилась дверь. Поджигали Мирослав и трое из тех, кто приехал вместе с ним искать Стержевую. Огонь хорошо занялся. Отряд поджигателей побежал на юг, за Мирославом и Тобиасом. Позади никого не было. Никто не преследовал. Добежали до опушки. Отсветы от подожженного жилья двигались на стенах соседних изб. Поджигатели чуть углубились в лес, чтобы спрятаться за деревьями, и сместились по краю опушки метров на сорок влево, если смотреть в сторону деревни, – чтобы преследователи, если такие видели вход отряда в лес, побеждали чуть правее и от них можно было бежать или создать неожиданность при нападении. Члены отряда чуть приблизились к крайним деревьям леса, чтобы посмотреть на деревню, где произошел поджог. Что там, есть ли результат того, что сделали? Не потушат ли пожар?
Веселый оранжевый огонь широким потоком заструился над крышами изб. Жилье свидетеля убийства горело, – наверное, вместе с ним и его родственниками. Некоторые стены соседних домов ярко освещались во всю их ширину. Другие отмечались светлыми бликами.
– Может, пора уходить? – спросил Мирослав. Какой же восторг! Как замечательно! Подожгли! Как весело!
– Да, – ответил Тобиас.