Работницы, румяные женщины в белых халатах, приняли нас настороженно, оглядев с головы до ног. По-моему, даже слегка приревновали.
– Это кого вы нам, Зуфар, привезли? – спросила заведующая столовой, пышная тетка с кичкой на голове.
Елена тут же сообщила женщинам, что готова прочесть в клубе курс лекций «Стройная фигура – не мечта, а реальность» по пятнадцать долларов за билет. Поварихи поджали губы.
Зуфар пригласил нас к себе в гости, мы посмотрели, как живут за границей посольские сотрудники. Кадры из иностранных кинолент обретали реальные черты. Я впервые попробовала ликер Advocaat, белый, как жидкий крем.
Так прошел первый день.
Назавтра Зуфар заехал за нами в гостиницу и предложил провести день вместе – покатать по городу, показать достопримечательности. Чем-то мы ему понравились. А может, я сейчас думаю, решил за нами присмотреть, времена-то какие были, смутные. К вечеру привез нас в район, где продают контрабандные товары. «Вы же хотите сделать покупки?»
Еще бы! Конечно, я хотела! И сразу же сообразила, что двух часов, которые они обговорили, будет мало. Что я успею купить за два часа, когда завтра последний день, уже домой улетать?! А я ничего не видела, ничего не купила. Нет, буду гулять по магазинам до вечера, мне же надо потратить свои огромные деньги! Потом сама вернусь в гостиницу, а к полосатому столбу, нашему месту встречи, в 18:00 не приду, сразу так решила. И говорить никому не стала, чтобы не мешали.
Я кинулась в товарный рай, как прыгает в бассейн турист в первый день пакетного отдыха. Кроссовки, джинсы, детские вещички. Я просто обезумела! Когда в девять вечера выключили свет, я очнулась. Дело в том, что в Индии зимние ночи наступают мгновенно, только что было светло, и раз – уже потемки. Кругом зажглись костры. В отсветах пламени худые лица черноглазых бедняков, греющихся у огня, выглядели устрашающе.
После седьмого водителя моторизированной рикши я стала подозревать, что не помню или неправильно выговариваю название отеля. Никто не понимал, куда меня везти. Двенадцатый неожиданно согласился за огромные деньги – двадцать рупий (на второй день я уже ориентировалась в расстояниях и понимала, что до отеля моя дорога так дорого стоить не должна). У него не было обуви, и вместо брюк на тощих бедрах колыхалась грязная тряпица. Я буркнула что-то недовольное и залезла в повозку.
Через какое-то время стало ясно, что мы едем не туда. Река огромная, дома высоченные.
– Стоп, стоп! Ай си виз фёст тайм! – Мой английский в рамках средней школы позорно хромал. Каждый год у нас случалась новая учительница, которую класс доводил до слез разными пакостями. Мы ликовали, когда очередная жертва сдавалась и покидала школу.
Водитель рикши равнодушно пожал плечами и отвернулся отлить в большую реку, которая текла под мостом. Ганг, подумала я.
Около нас притормозил микроавтобус. Оттуда выглянули два индуса в голубых сорочках с запонками. Тонкие кашемировые безрукавки добавляли внешнему лоску домашнего уюта и деликатности.
– Я потерялась, я из Советского Союза, я вижу это в первый раз, мой отель Юст Хостес! – Я пыталась объяснить свою проблему.
Мужчины ласково ответили – да, мы знаем, где эта гостиница, садись к нам в машину, мы тебя туда отвезем.
Я так обрадовалась! Видит бог, ночи в февральской Индии холодные, а я в платье без рукавов продрогла насквозь, ведь у рикши открытая кабинка. Внутри богатого салона комфортабельной машины звучала приятная музыка, было тепло и пахло парфюмом.
Водитель повозки необоснованно потребовал свои двадцать рупий. Я возмутилась – с какой стати, ты же не довез меня до места?!
– Не волнуйся, мы все решим, садись, поехали. – Мужчины в мягких безрукавках были любезны.
Я почти согрелась и успокоилась и тут увидела в окно – мы остановились у будки с надписью Police. Я заволновалась опять, но эти двое были предупредительны: не стоит переживать, мы все уладим!
Они что-то говорили полицейскому, водитель рикши, который, оказалось, ехал следом, тоже пытался что-то объяснить стражу порядка, отчаянно жестикулируя. Через несколько минут дверь отодвинулась: на меня вопросительно смотрели восемь черных глаз.
Я разрыдалась.
– Аэм Совьет Юнион, ай лост, май хотел Юст Хостас! – содрогаясь от всхлипываний, повторяла я. На большее моих знаний английского не хватало, да и сил не осталось. Я понимала: Я ПОТЕРЯЛАСЬ, ДОКУМЕНТОВ У МЕНЯ С СОБОЙ НЕТ, ЧТО ДЕЛАТЬ, НЕ ЗНАЮ. Кругом только одна зловещая, огромная, незнакомая ночная Индия.
Мужчины растерялись. Они еще немного посовещались и почему-то решили, что я должна продолжить свой путь с нанятым за двадцатку индусом.
– Сволочь! – бросила я в сердцах в высшей степени неприятному водителю рикши, пересаживаясь из уютного микроавтобуса обратно.
– Сволаць, сволаць! – рассмеялись мужчины в безрукавках, прощаясь и со мной, и с нашей повозкой…
Мы ехали куда глядят глаза. Чтобы согреться, я достала из сумки с покупками мохеровый свитер, который купила папе (потом, некоторое время спустя, такие свитера продавались у нас, и за ними стояли очереди). Два раза сворачивали к заправке.