Сильный ликует — мается робкий,А без тебя — всё мне едино.В этой кромешной давке и трепкеЯ — безучастная середина.И не жалей меня… Буйной природеДань моя нынче слишком печальна.Будто бы к смерти, а не к свободеМоре уносит вечного Чайльда.Как я измучен злобой и дурью!Где-то глубоко воды безмолвны…Славил я волю, славил я бурю,Только не эту! Слышите, волны?Если пирует злобная сила,Кончится дело низостью рабьей.…Ты б эту бурю преобразила —Я бы обнялся с бешеной хлябью!6 марта 1934Черное море, теплоход «Ленин»<p>347. Моя песня. <emphasis>Перевод Н. Тихонова</emphasis></p>Иной хранит розу, красотка, твою,Иной золотую парчу иль скуфью,Над чьим-то портретом шепчет: «люблю», —Каждый имеет любовь свою.Письмо, над которым лишь слезы льют,Кольцо ли, что пламени льет струю,Сережки ли в сладкой тени, как в раю, —Каждый имеет любовь свою.Локон ли, клад ли, земли на краю,Правду ль, добытую им в бою,Вещь ли, прославившую семью, —Каждый имеет любовь свою.Тебя обожая, отчизна, пою,Ни с чьей не схожую песнь отдаю,Сердце в огне, и огня не таю, —Каждый имеет любовь свою.<1934><p>348. Музы в Петергофском саду. <emphasis>Перевод М. Синельникова</emphasis></p>Муза вьется, как змейка на зное,Жмется, нежится в недрах ночей,Ибо знает она — всё земноеИспокон подотчетно лишь ей.С ядом яд, словно с атомом атом,В полумраке сливает, грозя…Где же совесть твоя? — Да куда там,—Муза шепчет, — иначе нельзя!Ищешь правды у красной халтуры,Хмеля — в красном, с водицей, вине?Муза, муза! Соваться в амурыЭтих спутников совестно мне!Классик с ней ли завел перепискуИли наш современник — роман,Ищет выгод, пугается риска,От беды убегает в туман.Рифмы копит! Да ключ к ним проглочен,Нипочем не отдаст ни одну,Но успей надавать ей пощечин —Все полсотни отсыплет в мошну.Жребий после Мюссе невозможный —Томно грезить при блеклой луне,И лишь музе тревожной, дорожнойСантименты любезны вдвойне.Плачут камни, прошедшие обжиг…Эта дама небрежной рукойТост поднимет за здравье усопшихИ живым посулит упокой.<1934><p>349. «В ворота Грузии вошло…» <emphasis>Перевод О. Ивинской</emphasis></p>В ворота Грузии вошлоПредвестье славного почина,Когда увидело селоРеволюцьонную дружину.И жалость охватила нас:Вам, непреклонным, предстоялоВ походе пересечь Кавказ —Снега, ущелья, перевалы.«Назад вернитесь, смельчаки! —Хотелось крикнуть им. — Не надо!..Обрывы, бездны, ледники,И ночь темна — кругом засада.Здесь триста лет сидит дракон,Из пасти серный дым клубится…Нарушившим его законОт гнева чудища не скрыться!
