Он кровожаден. В этом суть.Но, хоть не дремлет царь проклятый,Он знает сам: когда-нибудьЕму не избежать расплаты…»И замолчала гор гряда.И хор ущелий был утишен,И скалы замерли, когдаСтал голос Ленина им слышен.Идите дальше, смельчаки,Под пенье «Интернационала».Вам не опасны ледники,Вас не пугают перевалы.<1934><p>350. Мое сердце сегодня — Черное море. <emphasis>Перевод Г. Маргвелашвили</emphasis></p>Мое сердце сегодня — Черное море,Зарывшее голову в берег АджарскийГромы, обрушившиеся на меня,На мирные ваши суда да не грянут!А если останутся недруги глухи,Поймут хоть твои кипарисы и ели,Что я не каменное изваянье,А лишь человек и с неверьем и с веройИ что я и впредь готов испытатьНенастье и жажду, недуги и холод,Лишь только маячил бы предо мноюМерцающий луч вожделенной надежды…И наважденья любых ограждений,И леденящий ужас наветов,И оскорблений поток неумолчный —Всё вынесу, лишь бы и впредь видеть ясноЗвезду путеводную — смысл вдохновений —С вышки моей ненаглядной отчизны.И одиночества горькую участь,И груз недружелюбных вниманий —Лишь бы с высот ненаглядной отчизныВидеть тот зыбкий мерцающий луч.<1934><p>351. Вы только взгляните. <emphasis>Перевод Г. Маргвелашвили</emphasis></p>Круглый год лепестков разноцветьеИ бутонов соцветья мы зрим…Шота РуставелиКак сплетаются тени кочующих горС вереницами чайных июньских плантаций!Заходящего солнца слабеющий взорТщится ввысь по отвесным тропинкам взобраться.И меня словно кто-то толкает — врасплохЗахватить эти огненно-ржавые тропки,Кровь стучится в виски, я ослеп и оглохВ объятьях таинственной светомаскировки.Существует ли сила, которой даноУкротить эту нежность во мне, эту тягу?Посвятил я лазури аджарской давноИ безумье мое, и перо, и отвагу.Только здесь, под покровом аджарских небес,Я увидел впервые морскую пучину,И воспрянул душою, и телом воскрес,И возжаждал добра и любви беспричинной.Покажите мне море такое и в немОпрокинутых гор караваны и кряжи!А навстречу им с берега, как волнолом,«Хасанбегуры» гром и раскат «Алипаши»…<1934><p>352. Пока не разобьют… <emphasis>Перевод Б. Резникова</emphasis></p>Пока не разобьютВсех арф и лир вселенной,Не отступлюсь и яОт лирики презренной.Пока не отцвелиВо тьме все розы сада,Ни небу, ни землеЖалеть меня не надо.Постройки строк моихС эпохой вровень встали.А основанья ихИз самой чистой стали.<1934><p>353. «Так лодочник у старого причала…» <emphasis>Перевод А. Цыбулевского</emphasis></p>Так лодочник у старого причала…Душа так душу, руку так рука…Я сразу вас узнал, мои начала,Река и лодка, лодка и река.
