Всё, всё здесь чужое:И гроздь винограда,И великолепье,И блеск, и отрада!1935<p>366. Реймс. <emphasis>Перевод Г. Маргвелашвили</emphasis></p>Чуть рассвело,И снега завесаСпустилась, пронзаяМильонами игл.Хмурились улицы.Кончилась месса.Старого РеймсаКолокол бил. Глухо рыдал он О том, что не время Мирной улыбке. Новое бремя, Медленной тенью Подкравшись — час пробил,— Грузно ложится На плечи Европе.1935<p>367. «Веди же, Миндиа, вперед…» <emphasis>Перевод В. Леоновича</emphasis></p>«Веди же, Миндиа, вперед —Не дрогнут львиные колена!» —Так пели вы, но постепенноЗапели вы наоборот.Возвысился простой народ,Поскольку справедливо чудо;Вы скатываетесь покудаСо всех божественных высот.А эстетическая частьИ вовсе уж грустна в итоге:Покинуть царские чертоги,Чтобы в лакейскую попасть.И, пресмыкаясь от души,Сбивая львиные колени,Уж вы дождетесь откровенийОт лизоблюда и ханжи!Любоначалие — как страсть —Томит и гонит вас жестоко…Прочь отойди. Стань одиноко.Ты сам себе указ и власть.1935<p>368. Озеро в горах. <emphasis>Перевод В. Леоновича</emphasis></p>Голубые травы и цветыРодились и выросли высоко,Кладезь синевы и черноты —Озеро — мерцающее окоКаменистой серой высоты.Опрокинутые мачты пихт,Яркий луг и сумрачный кустарник,Россыпь мхов рубиново-янтарных,Малахитовых и всех иных,Россыпь откровений ювелирных —Озера оправа и оклад…Явь и холод областей надмирных,Память молодости, вещий хлад…Просыпающиеся тюльпаны,Плачущий — хрустальный — теплый снегИ с ружьем сутулый человек,Уходящий гиблыми тропами…Что́ моя охота? Сны и сны.Птичий взор, рассеянный и точный.Рыцарственный профиль крутизны,Блеск дневной и ветер полуночный!Эта всячина и пестрота,Этих волн раскаты — плоскогорье!Это черно-голубое море —Опрокинутое —Высота!1935<p>369. Везувий. <emphasis>Перевод О. Ивинской</emphasis></p>Земная вздыбленная кора —Вот что значит эта гора.Рисовал ее — сатана.Видишь, вот где стоит она.Громоздится скала к скале.Камень к камню плотно прибит.И вокруг на голой землеСловно каждый камень вопит.Сердца в теле у камня нет,Бессердечен он, как и та,Что известна на целый свет,Незабвенная суета.Только вдруг из горных глубин,Тайны девственной не храня,Как от взрыва тысячи мин,Заклокочет поток огня!..У поэта — судьба горы.Это слишком известно мне.И молчанье его до порыДушу давит, как груз камней…Но огонь пройдет сквозь гранит, —Так и чувство, сродни огню,Небо черное осенитВспышкой света, пронзившей тьму.1935<p>370. Мечтания у Аджарисцкали. <emphasis>Перевод О. Ивинской</emphasis></p>
