Хан-петух у платана вострит свои шпоры гусарские,Там, где некогда царствовал я — в хлебосольном кругу.Не к нему ль — по балкону — горянка, гордячка, цесарочка?Ах, да что вы, да что вы, она ведь спешит к роднику!..Нынче сущая сушь: всё повыжжено и обезвожено.Огород как гербарий,— бескровные листья и пыль.Остается одно: безнадежно просить невозможного,Припадая к тебе, в кукурузной соломке бутыль.Был красив мой балкон, пестроткаными юбками метеный.Ныне он обветшал!.. А вдали над рекою Курой —Франты-олухи шаркают, шлепают пулями меткимиИ возводят курки — пир горой, пир горой, пир горой.Здесь я плачу один, отгороженный старыми стенами.В захолустье дремучем октавы мои не в чести.Только кислый сосед гостепринят в моем запустении:Вашлованский князек горе мыкать ко мне зачастил.Заходи, дорогой! Есть вино недурное по осени.Я стишок отложу, над которым прилежно тружусь.А в Тифлисе — дворец шоколадный, засиженный осами…(Я горжусь тобой, Грузия! Я, безусловно, горжусь!)Ай да рыжие осы в Тифлисе — с заморскими жалами!Горожане все в жалобах: лакомки входят во вкус…Заходи же, любезнейший!.. Милости просим пожаловать!(Просим милости мы… Я горжусь, безусловно, горжусь!..)1918<p>141. Хоть ты одна. <emphasis>Перевод Г. Маргвелашвили</emphasis></p>На родине моей хоть ты однаНе скажешь так, как говорят другие…И будешь даже к Каину нежна,Раз он поэт и баловень стихии.И будут мной еще совращеныТе, что кадят передо мной кадилом,Хотя не им, увы, посвященыТревоги предзакатного светила.Прими мой дар. И строго не суди,Как не судила ты мой первый выход.И пусть твоя улыбка пощадитДарителя и дарственную прихоть.1918<p>142. Виновато всё вино. <emphasis>Перевод Г. Маргвелашвили</emphasis></p>Господи, куда б на свете ни направил я шаги —Мчатся мне вдогонку ветры семилетней той пурги.Где бы ни нашел я кровлю, всюду потчуют вином,А тоски своей не скрою — виновато всё оно.Милая моя! Я распят! И душа моя в огне!Ты одна мне в жизни радость — но до радости ли мне?1918<p>143. Как в лесу смеркнется… <emphasis>Перевод Е. Квитницкой</emphasis></p>Как в лесу смеркнется, луч кольнет — скроется,Ветер нож вытащит — берегись, рощица!А река-реченька — до того скромница! —Вышивает-шьет и не морщится.То листву палую заметет в горнице,То плывет жиденько, вся в сырой слякоти.А потом — вздыбится, а потом — вздернется,Закипит, вспенится — и спугнет всякого.Как сады спелые, как сады тучныеДо земли клонятся на сносях осени,Так валы тронутся — горбуны вьючные, —Кладь нести велено водоносам им…1918<p>144. «Помнишь ты или нет…» <emphasis>Перевод Г. Маргвелашвили</emphasis></p>Помнишь ты или нетКаралетские дни,С гор немеркнущий свет —Мы в раю, мы одни!
