Он запер дверь — и тем замкнулПространство внешнее. В мансардеНе слышен многоустый гул,Порывистый, как ветры в марте.Ударил в крышу град — и стих,Как барабаны наступленья.Он обратился к розам — к ихВсеведению и цветенью.Донесся возглас… Дело в том,Что упоение безбрачно.Он затопил камин. С огнемВсё было ясно и прозрачно —И мыслей и предметов круг.Чекань, огонь, свою чеканку!Пространство замкнутое — вдругВывернуто наизнанку!<1927><p>273. Волнуются. <emphasis>Перевод В. Леоновича</emphasis></p>В розах голоса обитали.Только я вышел в сад —Заволновались, залепеталиНеуловимо в лад:«Не укроется от ЭротаДаже Первый поэт!»— «О, это вы! Это природа…Не укроется, нет.Посвящаю все мои книгиПервой — только одной…»Поняли и пониклиТихо передо мной.Некогда тайныхЯ причастился сил:Я из пальцев хрустальныхЭто дыханье пил.<1927><p>274. «Вот и майские взоры, как встарь…» <emphasis>Перевод И. Дадашидзе</emphasis></p>Вот и майские взоры, как встарь,Опьяняя, лукавят со мною,Словно стужей не веял январьИ февраль не болел белизною.И фиалки раскрылись, спешаЛиловеть на лугах без стесненья,И от спячки очнулась душаДля восторга, любви, нетерпенья.<1927><p>275. Колеблется арфа. <emphasis>Перевод В. Леоновича</emphasis></p>Исцелится ли сердце?Бесконечно пространнаСонного небосвода ленивая арка.Глуховатого цвета кораллаРозы вянут,И ветра колеблется арфа.Содрогаются струны,А звуки безмолвны.Потемневшие своды отложе и ниже.Переходами жизни мучительно полноУгасание сердца.Тише, прошлое, тише.<1927><p>276. «Приду, расцелую…» <emphasis>Перевод Э. Александровой</emphasis></p>Приду, расцелуюМою дорогуюИ горькое словоСкажу ей, ревнуя, —Чтоб ветры красоюС пути не сбивала,Чтоб зорькой весеннейВ ночи не пылала;Скажу ей такое,Чтоб больно задело,Чтоб век разлюбить ужМеня не посмела!<1927><p>277. Ворвалось в открытые двери безумье. <emphasis>Перевод Г. Маргвелашвили</emphasis></p>Я жалуюсь песне, сдаюсь и пасую,Гремлю кандалами грешно и потешно.Ворвалось в открытые двери безумьеИ вырвало с корнем последнюю нежность.В душе — пыль столбом. Пошатнулась ограда.Не воскресить замороченной лиры.Дарую прощенье и миру и граду!…Ноябрь леденит очесами валькирий.<1927><p>278. Открыт череп города. <emphasis>Перевод Н. Тихонова</emphasis></p>Череп города открыт,В комнате распахнут сад,Дует ветер, как с горыДальней песни голоса.Это синий шум парчи,Шелест шелковых долин,Где цветок с цветком звучитВ ветра зеркале недлинном.Грянет гром. Глядит из глуби.Рубят во дворе дрова.Лирик рифму приголубит —У грозы свои права.<1927><p>279. Пятнадцать лет. <emphasis>Перевод И. Дадашидзе</emphasis></p>
