Секст Эмпирик, работавший, вероятно, в 200-х годах н. э., был последователем скептической философской традиции, ведущей свое происхождение от эллинистического философа Пиррона (и поэтому, в отличие от скептиков из Академии, известной как Пирронов скептицизм). Как и Гален, он мог быть врачом. Его основные труды: «Пирроновы положения» («Pyrrhoniae Hypotyposes») и «Против ученых» («Adversus Mathematicos»). Второй из них состоит фактически из двух отдельных работ. Содержание этих двух работ в определенной степени отражает друг друга, причем тематика второй и третьей книг «Положений» повторяется (более подробно) в книгах с седьмой по одиннадцатую сочинения «Против ученых».
Секст является принципиальным источником по целому ряду аспектов стоической философии, но он особенно важен, когда речь заходит о стоической логике, поскольку других источников очень мало. Его изложение логики стоиков содержится во второй книге «Пирроновых положений» и в восьмой книге «Против ученых».
Александр Афродисийский был главой кафедры перипатетической (аристотелианской) философии в Афинах примерно в 200 году н. э. По всей видимости, это была одна из четырех философских кафедр, основанных, как сообщают, Марком Аврелием парой десятилетий ранее (недавняя находка надписи в Афродизиасе, родном городе Александра, подтверждает это). Александр написал некоторое число комментариев к работам Аристотеля, а также целый ряд текстов покороче. Критически относясь к стоикам, Александр выступает против них, попутно излагая некоторые их учения в ряде своих сочинений. Две из этих его более коротких работ, «О судьбе» («De Fato») и «О смешении» («De Mixtione»), выделяются как особенно важные источники по истории стоицизма.
Выпады Александра против стоицизма позволяют предположить, что еще в 200 году н. э. он продолжал оставаться серьезной интеллектуальной силой в Афинах. Действительно, наряду с кафедрой перипатетической философии, возглавляемой Александром, существовала также кафедра философии стоиков (еще две кафедры занимались философиями Платона и Эпикура). Предположительно, Александр был вовлечен в дебаты с главой стоической кафедры, и вполне вероятно, что учащиеся могли при желании посещать занятия не только на одной кафедре. Многое из этого неизбежно является спекуляцией, однако пристальное внимание, уделяемое Александром идеям стоиков, наводит на мысль, что стоицизм был предметом не одного только антикварного интереса.
Одним из самых важных источников по стоицизму остается седьмая книга сочинения Диогена Лаэртского «О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов» («Vitae Philosophorum»). К сожалению, мы ничего не знаем об авторе как о человеке. Обычно его относят куда-то к третьему столетию н. э. Некогда возникло предположение, что он был эпикурейцем, так как последняя книга его труда посвящена целиком Эпикуру, который обильно цитируется. Эта последняя книга могла быть задумана Диогеном как наивысшая точка представленной им истории философии.
Диогеново описание стоиков опирается на более ранний источник, у которого есть имя: Диокл Магнесийский. Время его жизни относят к I веку до н. э., однако это может быть такой же неточностью, как и в случае самого Диогена.
Иоанн Стобей, поздний языческий автор, который, по-видимому, жил и работал в V веке нашей эры и собрал обширную коллекцию философского и литературного материала в помощь образованию своего сына. Эта коллекция, «Антология» (как назвали ее редакторы в Новое время), содержит ряд важных источников и фрагментов, имеющих отношение к стоицизму. Безусловно, самым важным из них является «Этический компендий» Ария Дидима (из I века до н. э.). Стобей также является источником «Гимна Зевсу» Клеанфа и «Рассуждений» Музония Руфа, не говоря уже о наборе других фрагментов, сообщающих мнения стоиков.
Стоические идеи продолжали жить в философских спорах вплоть до конца античной эпохи. В 529 году император Юстиниан распорядился закрыть оставшиеся языческие философские школы в Афинах. Крайне маловероятно, чтобы к этому моменту какая-либо школа стоиков всё еще существовала. Однако по-прежнему оставалась неоплатоническая школа, возглавляемая Дамаскием, и ее представители ощутили на себе последствия повеления Юстиниана. По свидетельствам историка Агафия, Дамаский и последние неоплатоники бежали в Персию, однако надолго там не остались, и куда они отправились затем – остается предметом споров.