«Есть три вопроса, в которых следует упражняться на деле тому, кто намерен стать добродетельным человеком: вопрос, касающийся стремлений и избеганий, – для того чтобы ни в своем стремлении не терпеть неуспеха, ни в своем избегании не терпеть неудачи; вопрос, касающийся влечений и невлечений – словом, касающийся надлежащего, – для того чтобы вести себя порядком, благоразумно, не беззаботно; третий – это вопрос, касающийся незаблуждаемости и неопрометчивости, в общем, касающийся согласий».

(Diss. 3.2.1–2)

Было высказано предположение, что эти три области образуют три типа упражнений на втором этапе философского образования, что соответствует трем видам рассуждений на его первом этапе. Было бы очень здорово, если бы это так и было, это делает предположение очень привлекательным, но следует отметить, что некоторые исследователи остаются при своем мнении, и этот вопрос является спорным (см., напр.: Dobbin 1998: 94). Оговорив этот момент, мы поймем, насколько серьезно можно осмыслить это предположение. С самого начала следует подчеркнуть, что утверждение состоит не в том, что эти три части учения тождественны трем разделам философии, а скорее в том, что они могут быть соотнесены с тремя типами философского рассуждения. Таким образом, задача состоит в том, чтобы показать, как на самом деле они могли бы это сделать.

Второй топос, касающийся влечений и надлежащего поведения, явно соответствует этике. После того как учащиеся постигли стоическую теорию надлежащих действий (с которой мы встретимся в главе 5), им могут потребоваться упражнения, описанные во втором топосе, чтобы помочь им воплотить эту теорию на практике. Это, вероятно, наиболее очевидная из трех корреляций.

Третий топос, касающийся суждения и согласия, соответствует логике. И суждение, и согласие (как мы увидим в главе 3) являются центральными темами стоической теории познания, которая сама по себе есть часть стоической логики.

Остается первый топос. А также физика. Если следовать путем исключения, то этот топос должен соответствовать физике, если сохранять предположение о соответствии. Первый топос, по-видимому, связан в первую очередь со стремлением и избеганием, и не сразу понятно, как, упражняя их, можно воплотить физическую теорию стоиков в жизнь. Однако какая-то связь здесь, вероятно, имеется. Первый топос посвящен тренировке стремлений и избеганий, то есть попытке применить на практике философский анализ того, к чему стоит стремиться, а чего стоит избегать. Понимание того, к чему следует стремиться, а чего следует избегать, подразумевает физическую теорию на двух уровнях. На микроуровне она подразумевает физиологический анализ человеческого организма, то есть того, что может быть благоприятным, а что – наносящим вред его устройству. Подобный физический анализ расскажет нам, что мы, в частности, должны стремиться к здоровой пище и избегать ядов. На макроуровне она означает понимание порядка причин в мире в целом, знание того, что может быть, а что – нет, желаемым и реалистичным исходом событий. Этот вид физического анализа, в том числе и стоическая теория судьбы, расскажет нам, к примеру, что мы должны стремиться только к тем событиям, что являют собой возможные исходы, учитывающие действующий в настоящий момент порядок причин. Иными словами, если бы нам пришлось задаться вопросом о возможных практических результатах стоической физики, то ответ, скорее всего, заключался бы в том, что лучшее понимание способа, каким Природа действует на индивидуальном и космическом уровнях, должно влиять на то, что мы считаем действительным предметом стремления и избегания. Значит, в этом смысле первый топос и есть упражнения, соответствующие физической теории стоиков.

Если принять это соответствие, а как я заметил, не все исследователи с ним согласятся, то мы получим три типа упражнений в форме топосов, или частей учения, составляющих вторую ступень Эпиктетовой образовательной программы и отражающих трехчастное разделение первой ступени на логические, физические и этические рассуждения.

Большинство из изложенного выше было основано на материалах Эпиктета. Очень трудно определить, какая их часть, при наличии таковой, являет собой новшество или же, наоборот, отражает куда более старые стоические дискуссии о внутреннем устройстве философии. Было бы благоразумно поэтому усомниться, прежде чем приписывать их Стое целиком. После этого можно сказать, что данные материалы составляют самое полное сохранившееся стоическое описание природы и функций философии.

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже