Физика у стоиков есть та часть философских рассуждений, что имеет дело со всеми вопросами, касающимися материального, телесного мира, от оснований онтологии до эмпирических наук вроде астрономии и метеорологии. Базовое утверждение, которое идет от самого Зенона и лежит в основании всей стоической физики, заключается в том, что существуют только тела. Его можно рассматривать как прямой вызов утверждению платоников о том, что воспринимаемый нами материальный мир является всего лишь тенью другого царства, где находится настоящее существование. И действительно, это перекликается с позицией, приписываемой одной из сторон спора о природе существования в платоновском диалоге «Софист».
В «Софисте» Платон излагает свою знаменитую критику материализма как онтологической позиции (245e–249d). Он упоминает битву между гигантами и богами, обсуждая вопрос о том, к чему относится «бытие»: только лишь к физическим или же и к нефизическим сущностям тоже. Гиганты-материалисты «признают тело и бытие за одно и то же». Ничего из того, за что они не могли бы ухватиться руками, как это можно проделать с телами, не существует вообще. Следовательно, они должны отвергать существование бестелесных сущностей вроде души, деятельности разума, справедливости и добродетели. Платону эти выводы кажутся не только противными, но, вероятно, и бесчестными, поскольку никто всерьез не отрицает наличие подобных вещей. Эта крайняя позиция смягчается, как предполагает Платон, более умеренными материалистами, утверждающими, что душа существует, но для того, чтобы существовать, она должна быть особым видом тела.
У Платона появится возможность застать материалистов врасплох, какими бы они ни были, если он сможет заставить их признать существование чего-то, что не является телом (247c). Подобное признание разрушает материалистическое утверждение, будто телесность есть единственный признак подлинного существования. Обратите внимание, как Платон недвусмысленно предполагает, что для того, чтобы нечто было вообще чем-то, это нечто должно обладать «бытием» или существовать (237d). Теперь, в том, что касается разума, справедливости и добродетели, более умеренные материалисты у Платона оказываются в замешательстве и вынуждены признать, что, по всей видимости, эти вещи могут существовать, не будучи телами. Затем Платон расширяет свое понимание существования, характеризуя его как способность действовать либо претерпевать, и предлагает умеренным материалистам согласиться с тем, что, возможно, эта особенность, а не телесное бытие должна быть истинным признаком существования. Однако материалисты у Платона отвергли подобное описание (248c).
Теперь обратимся к стоикам. Зенон следует за гигантами из «Софиста», настаивая на том, что бытие, либо существование, нужно отождествлять с телом, несмотря на уступки со стороны умеренных материалистов у Платона. Он подтверждает, что существуют только тела. И вместо того чтобы угодить в ловушку платонизма, признав, что души, справедливости или добродетели не существует, он готов утверждать, будто все эти вещи на самом деле есть и все они – тела. Также он принимает платоновское описание существования как способности действовать и претерпевать, но сохраняет ее, вопреки замыслам Платона, опять же лишь за телами. Наконец, он ставит под сомнение предположение Платона о том, что для того, чтобы что-то вообще было чем-то, оно должно существовать. Согласно Зенону, возможны реальные вещи, которые не являются телами, и потому, в соответствии с его материалистической онтологией, они не существуют, однако в некотором смысле они реальны, в чем мы вскоре сможем убедиться.
Таким образом, если для стоиков что-то и существует, то есть обладает способностью действовать и претерпевать, то это тело (см., напр.: Цицерон. Acad. 1.39; ФРС. I. 90). Это будет одинаково верно как для души, справедливости, добродетели или мудрости, так и для более осязаемых физических объектов вроде палок и камней. Таким образом, Зенон отвечает на платоновский вызов материализму, отказываясь идти на компромисс, как это делали умеренные платоновские материалисты, и вновь постулирует решительный материализм гигантов.