никах, когда весь 5-бис отсек обливается потом, там все равно в нарушение
всех инструкций живут во время похода. Это вообще присуще подводному
крейсеру – жить на боевых постах. Живут в первом отсеке, кое-кто в тре-
тьем, все выгородки 4-го и 5-го отсеков облюбовываются офицерами и мич-
манами, стаскивающими туда матрасы и подушки и несущими вахту, прак-
тически не вставая с постели. И сколько ни ругается командование по этому
поводу, все всегда остается по-прежнему. Так удобнее, и точка.
Отсеки 4-й и 5-й – царство БЧ-2. Ракетные шахты, выгородки, в ко-
торых спят мичманы, и жилые каюты, где спят все оставшиеся. Это отсеки
вечной комфортной прохлады и стабильного климата. Баллистические ра-
кеты – штуки серьезные, требуют нежного отношения и повседневного
ухода, чем-то напоминая ученого-ботаника, который всегда боится просту-
ды, а потому постоянно меряет температуру, давление и очень любит рав-
номерную влажность. У ракетчиков свои холодильные машины, и поэтому,
когда на корабле неожиданно срывает холодилки, у них в отсеках все равно
приятно и прохладно. Вообще, ракетчики по большей части ребята хорошие,
но немного напыщенные и переполненные осознанием собственной значи-
мости и неимоверной секретности, что отчасти верно, но не совсем приме-
нимо на корабле, ибо даже последний матрос знает, что и где можно спрятать
у них в отсеках. Тем не менее, следуя традиции, ракетчики очень стараются
не пускать никого даже на свою нижнюю палубу, что по букве инструкции
верно, а фактически глуповато. Еще у ракетчиков умиляет наличие мичма-
нов, служебные обязанности которых порой заключаются только в прибор-
ке верхней палубы отсека и несении вахты самым простым вахтенным отсе-
ка. Но все это удивительно лишь на мой легкомысленный «механический»
взгляд дилетанта-механика. А еще в 5-м отсеке каюта старпома. Место, где
не только могут морально изнасиловать по самое «не хочу», но и выдать эн-
ное количество спирта-ректификата, а проще – шила. На этом все досто-
примечательности ракетных отсеков заканчиваются, если не задумываться
о том, что их содержимое может разнести на молекулы весьма значитель-
ную часть территории потенциального противника.
Затем идет 5-бис отсек. Кому-то, да и мне самому, честно говоря, до сих
пор кажется странным, что после 5-го отсека идет не 6-й, а какой-то проме-
жуточный 5-бис. Но это как раз та флотская изюминка, которую надо просто
принять, не пытаясь найти этому логическое обоснование. Сказали, что по-
сле 5 идет не 6, значит, так надо. Хотя истины ради, надо сказать, что на 667 А,
то есть на «азухах», такого отсека не было, но в следующих модификациях
он появился, скорее всего, чтобы не ломать концепцию и задурить враже-
347
П. Ефремов. Стоп дуть!
ским разведкам голову. Но сам 5-бис отсек – это что-то особенное. Спаль-
ный вагон. Три палубы и трюм. Начнем с самого низа.
Трюм 5-бис – это одновременно и сокровищница, и отхожее место. Ря-
дом с провизионками, одна из которых самая лакомая под названием «дефи-
цитка», стоят ДУКи, те самые «говнометы», через которые комдив три, с за-
видной периодичностью выстреливает все корабельное дерьмо, скопивше-
еся за неделю. Процедура эта очень важная и полезная, как и продувание
гальюнов, и соперничает с ней по количеству миазмов, вырывающихся в воз-
дух. Вот такой парадокс: пища рядом с дерьмом. На нижней палубе кроме
матросско-мичманских кают и столовой личного состава расположено са-
мое славное место на корабле – камбуз. Это место будто медом намазано.
Вокруг него всегда вертятся и матросы, и мичманы, сюда строго по расписа-
нию и без опозданий спускается доктор и помощник командира для снятия
пробы, иногда залетают оба старпома, с той же целью, а из люка, ведущего
на верхнюю палубу в гарсунку кают-компании офицеров, высовывается го-
лова старшего кают-компании и тоже протягивается тарелка. Камбуз – это
место, которое нужно всем и от которого все стараются откусить хоть немно-
го. Вот только самим кокам-инструкторам и кокам из числа матросов силь-
но не позавидуешь. Пища готовится непрерывно. Все-таки четыре приема
пищи в сутки, и это для целых трех смен. Обед начинается с 11 утра и за два
часа надо накормить все три смены, перенакрывая столы в кают-компании
и столовой личного состава, потом мытье посуды и котлов и снова готовка,
чтобы уже в семь вечера смена села за стол. Два часа ужин, и снова надо бы-
стренько убирать со столов, в двадцать три часа начинается вечерний чай, ко-
торый будет плавно переходить в завтрак уже в четыре часа утра и до вось-
ми утра, а тот плавно перетекать в обед уже нового дня…
Средняя палуба отсека – это офицерская палуба. Десяток двухместных
кают, секретная часть, кают-компания с гарсункой, гальюн, ну и, естествен-
но, сауна, где происходит, как говаривал наш замполит, приехавший с Чер-
номорского флота досиживать пенсию, «помойка офицеров». Каюта офи-
церов походит на вагонное купе, там, правда, койки только с одной стороны,
естественно, нет окна, зато есть стол-секретер и одежный шкаф пенального
типа. Естественно, каюта офицера – это его жилище, приют, нора, если так
