20.00. Прибыли на пульт. Там ликование: неутомимый Вавакин убил
крысу. Крысы достали уже всех. На лодках как-то интересно получается.
Если на корабле есть крысы, то нет никаких тараканов. Если есть тараканы,
то крыс никогда не бывает. Хотя, какое из этих зол лучше, сказать трудно.
Либо таракашки, падающие в тарелки с супом в кают-компании, либо кры-
сы, грызущие все, до чего доберутся, и нагло шастающие при свете по ка-
бельным трассам. Причем у крыс есть еще и крысиные блохи. После их уку-
са все укушенные места страшно чешутся и зудят. У нас на пульте стоят три
металлические мышеловки. Им крысы, конечно, не под силу, но когда туда
попадает какая-либо часть крысиного тела, мышеловка мешает ей сбежать,
и вот тут-то доблестные операторы ядерного реактора и настигают мерзкое
животное и лишают его жизни посредством молотка или других подручных
средств. В этом походе на пульте изловлена и уничтожена уже пятая особь,
причем три из них – дело рук Вавакина.
Тело вредительницы уже упаковано в пакет из пластиката и готово к тор-
жественному захоронению в море посредством ДУКа. Вавакину с общего
согласия выражена благодарность и присвоено переходящее звание «Дер-
су Узала 3-го отсека».
20.30. Чайник уже закипел. Наша вечерняя вахта, самая приятная и ве-
селая. Не сонная, а бодрая и содержательная. Из сейфов вытаскиваются за-
пасы. Сало, лучок, чесночок, варенье, сухари, все, что взято с собой с берега,
и все, чем угостила и снабдила Родина. После ужина на пульт мало-помалу
собираются почти все офицеры из числа управленцев и электриков. Часов
до 22 никто нас проверять не будет. Начальники переваривают ужин и зани-
маются тем же, чем и мы, только по своим каютам. Никто не мешает, и даже
механик, пришедший подписать вахтенные журналы за сутки, ворча, при-
486
Часть вторая. Прощальный полет баклана
соединяется к застолью. Хорошие это часы: несмотря на то, что на вахте, –
как-то расслабляешься. После такого «ланча», тебя подменяют перекурить,
а потом, часам к десяти, пульт пустеет. Мы остаемся в штатном составе сме-
ны. Теперь можно заняться и переплетными работами. Достаю станок, и при-
ступаю. Обрезка, корешок, переплет… Кромку опять же подровнять надо.
И интересно, и время идет быстрее. Чем только в автономках я не занимал-
ся!.. И книги переплетал, и по дереву резал, и обложки для книг из пластиката
ваял, и на тарелках рисовал… У каждого свои причуды.. Арнаутов, тот вооб-
ще спицы достал и вяжет. Он уже и сыну, и жене по свитеру связал, сейчас
на носки перешел. Обещал, если мы его с этой вязкой доставать не переста-
нем, под конец похода каждому по гульфику на член связать. Интересная
идейка… Если ничем в походе не заниматься – можно просто свихнуться
со скуки. И никакие занятия по специальности не помогут. У нас мичман был
один, так он брал с собой пар пятьдесят ношеной обуви, и чинил ее весь по-
ход. А в прошлый раз мой одногодка Сережа Остапов всю автономку творил
макет крейсера «Варяг», причем двухметровый. Как его за эту дуру на пуль-
те только не сношали! Но ведь сделал! Правда, оказалось, что с пульта его
вынести невозможно: не пролезает. Так и пришлось героический крейсер
на две части расчленять…
Около двадцати трех часов начало вещать «Радио Фюрера». Наш полит-
рук подводит итоги дня, боевой, так сказать, и политической подготовки. Это
весело. Зам знает родной корабль в том же объеме, как я – американский
космический челнок «Челленджер», и поэтому его рассказки на весь корабль
о поступлении пара в гальюны и беспорядке в аппаратных и на крышке ре-
актора, вызывают бурный смех и оживленные дискуссии о его умственных
способностях. Хотя замполит мужик сам по себе неплохой, но только вот со-
всем безграмотный. Они все такие, переведенные к нам с «королевского»
Черноморского флота пенсию дорабатывать. Ходят по кораблю, как святые,
даже страшно становится: не дай бог, что-нибудь тронут. Наш-то, слава богу,
до этого не дошел, ума хватило, а вот на некоторых других «пароходах» чер-
номорские замполиты так чудили, что и гальюны мыть приходилось, и воду
из трюмов откачивать…
Вахта подходит к концу. Под завязку дня на пульт врывается коман-
дир, это у него слабость такая есть, даже скорее хобби: поймать управленцев
на недозволенном занятии, вызвать в центральный пост и там иметь на виду
у всей люксовской братии. Но не тут-то было! За пару минут до его «нападе-
ния» нам успели шепнуть в «Каштан»:
– Шухер! Командир на пульт!
И ничего командир не обнаружил. Мы – смена отработанная. Несколь-
ко секунд, и все в сейфах: и спицы, и клей, и чайник, и ледерин для обложек
книг. Все бодрствуют, сидят в креслах с прямой спиной, как казаки в седле,
инструкцию по управлению ГЭУ изучают. Несколько минут почитав на вся-
кий случай нотации на тему: люби службу, как мать родную, расстроенный
неудачей командир возвращается в центральный пост. Кажется, на сегодня
все закончилось…
23.55. Развод закончился. На пульт пришла смена. Еще одни сутки прош-
ли, еще одни сутки начались… Середина автономки. Нам еще ходить и хо-
дить. Слава богу, сегодня выдался простой и будничный день. Никаких про-
