сражаться до конца. Но командир вдруг посмотрел на часы.
– Ладно, Белов! Завтра продолжим. Старпом ждет.
Потом неожиданно подмигнул и засмеялся:
– А ты, лейтенант, неплохо играешь. Вчера меня так отделал. Но сам
видишь, опыт штука великая! Учись!
И ушел в центральный.
В эту ночь я с нетерпением ожидал Мастера. В восемь Мастер, бла-
женно улыбаясь, ввалился в каюту.
– Ну как? Что командир?
– Слушай, старик! Проигрывай ему почаще. Я так давно на вахте
не балдел. Прикинь, шеф пришел, рот до ушей, упал в кресло и пошел
анекдоты травить. Никогда с ним такого не было! Потом попросил какой-
нибудь детектив! Он же ничего, кроме инструкций, не читает! А потом
уснул. Я под такое дело даже покемарить умудрился. Проигрывай ему.
Болезненное самолюбие. Всю дорогу лучше всех хочет быть, а тут ты
со своей кошой. Характер, однако! Понимать надо!
До конца автономки я играл с командиром по правилу: одну себе, три
ему. По приходе получил благодарность за поход от командира дивизии
по ходатайству командира корабля и приглашение остаться у них в эки-
паже навсегда. От второго я отказался.
Потоп
Когда военная мысль заходит в тупик, объявляет-
ся большая приборка!
– Товарищи подводники! Через две недели наш экипаж принимает ко-
рабль! Время берегового безделья и распиз…ва кончилось! Хватит, два года
154
Часть вторая. Прощальный полет баклана
на берегу! Садимся на борт Кочина. Но перед этим его экипаж еще раз вый-
дет в море на КШУ. Десять суток. Командование приказало доукомплекто-
вать их нашими силами. Экипаж опытный, постоянно плавающий, поэтому
приказываю всем откомандированным к ним провести этот выход с макси-
мальной пользой. Набирайтесь опыта! А то совсем плесенью поросли на за-
воде!!! Пашков, огласи список…
Командир замолчал. Перед строем встал старпом и начал читать. К Ко-
чину уходило человек тридцать. Среди них и я, лейтенант Белов, коман-
дир десятого отсека. К этому времени в море я был всего два раза, по трое
суток…
Кочинская команда была отработана до безобразия. Свое железо они
держали почти два года без отпуска. Сходили в две автономки. Между ними,
правда, отдохнули месячишко в доме отдыха – и снова на пароход. Серьез-
но в море они больше не собирались, и командир потихоньку стравливал на-
род в отпуск небольшими группами. А тут на тебе, еще один выход! Так нас
и загребли.
Кочин мужик был ответственный. Всех прикомандированных собрал
в кают-компании, узнал имя каждого, кто и где служил. Результатами остал-
ся вполне доволен. Большинство пришлых вылезли не из пеленок, море зна-
ли не понаслышке. Ко мне же, как к неоперившемуся, приставили ветеран-
ского возраста каплея Николаева, бывшего в далекой молодости команди-
ром десятого отсека. Для поддержания штанов.
Десятый отсек – отсек живучести. Кормовой тупик корабля. Самый
маленький. Добрую треть отсека занимает ВСУ. Всплывающее спасатель-
ное устройство. Огромный бесполезный монстр, чудо-спасатель для пер-
вых двух человек. Кроме того – микровыгородка ВХЛ, водо-химической
лаборатории. Меленькое, тесное помещение, куда с трудом может вжать-
ся два человека. Сидит там моряк-водоподготовщик и делает анализы пита-
тельной воды, поступающей от испарителей. Чтобы, не дай бог, не засолить
конденсатно-питательную систему. Еще на верхней палубе огромный, веч-
но поломанный токарный станок и гальюн. Наверное, самый чистый после
командирского. Во-первых, далеко, а во-вторых, старшина отсека держит
его под замком и ключ выдает только самым надежным товарищам. Больше
наверху ничего особо крупного нет. Ну, щиты гребных, насосы гидравли-
ки, кормовой люк наверх – мелочь. На нижней палубе два внушительных
гребных электродвигателя, линии валов, дизель. А в тесном трюме – пом-
па. И все. И люди: водоподготовщик, электрик, турбинист, старшина отсека
и командир отсека. То есть я. Всего пять человек. И то все собираются толь-
ко по тревоге.
Получив все эти знания от Николаева, я приступил к изучению сво-
их владений. Мне понравилось. Чисто, уютно, далеко от начальников. Кра-
сота! Старшина отсека и матросы опытные. Все знают. Значит, мне остава-
лось на первое время создавать видимость сурового командования, а на са-
мом деле учиться всему и у всех.
Отработанный экипаж – это сила. На следующее утро оперативно и гра-
мотно завелись, а к вечеру отшвартовались. По планам КШУ наша роль была
незначительна. Десять суток изображать автономное плавание, всплывать
на сеансы связи, выдерживать их сроки и как будто бы все.
Вышли в полигоны боевой подготовки, погрузились. Огляделись. Ко-
чин воевать сразу не стал и после обязательных осмотров дал экипажу вы-
155
П. Ефремов. Стоп дуть!
спаться. Двое суток провели относительно спокойно. На третьи – командир
дивизии, бывший на борту старшим, отоспался и решил, что расслабляться
довольно. Пора и честь знать. И устроил показательный смотр корабля. Ре-
зультат был предсказуем до тысячных. Все плохо. Корабль запущен, грязен,
отвратителен. Народу засучить рукава и до прихода в базу привести родное
