– А полулюди? Их тогда освободили?
– Да, но далеко они не ушли. Как и я.
– Что произошло?
– Я подделал приказ коменданта замка и с его помощью увёл стражников от двери. Но они вернулись слишком быстро. – Дыхание Тьери стало неровным.
– Что они с тобой сделали? – тихо спросила Рена.
– Сначала они пытали меня, – хрипло признался он. – Так искусно, что почти не осталось шрамов. Никаких следов, чтобы у моей Гильдии не было причин подать протест. Тогда-то я и лишился пальца. – Он посмотрел на свою левую руку. – Когда они узнали всё, что хотели, меня отправили в подземелье. Я пробыл в плену у регентши десять месяцев.
Рена попыталась представить, как это было. Темнота. Одиночество. Холод. Оковы. Голод. Отчаяние. Боль. День за днём и вдали от озёр, которые он любил. Теперь она знала, откуда у него кошмары.
– Представляю, какой это ужас.
– Да, ужас. И память об этом до сих пор как узел в моей душе, язва. Особенно эта беспомощность… – Тьери на мгновение замолчал, пытаясь унять дрожь в голосе. – Но мне всё равно повезло. Однажды я понял, что со мной сделал
«Вот и со мной могло случиться то же самое, – подумала Рена. – Если бы я вовремя не выбралась из замка. Если бы не заметила, что солдаты уже ждут меня дома. Если бы в дороге что-то пошло не так».
– Видимо,
– Нет, я не мог их просить о таком одолжении. В конце концов меня спасла моя Гильдия. Когда я выбрался из подземелья, сразу же вернулся в Ванаме. Пару недель мне было очень плохо, я болел и практически не мог спать. Потом постепенно пришёл в себя.
Они помолчали. Рене требовалось время, чтобы всё обдумать. Каждое слово, сказанное Тьери, било по ней, будто топор по дереву.
Теперь, наконец, она поняла, что почувствовала и увидела в тот день, когда во второй раз прикоснулась к
Рена знала, что он рассказал ей не всё, – это только начало. К примеру, он ещё не ответил на вопрос, почему он ждал её в Озёрном краю.
– Но ты ушёл со службы. Ты уже две зимы не служишь в Гильдии Воды.
Тьери улыбнулся. И эта улыбка далась ему непросто.
– Значит, ты догадалась. Всё так. И всё же я агент, это правда. Просто теперь я служу не Гильдии Воды. Мне жаль, что я не мог признаться тебе сразу. Вообще-то, сейчас тоже нельзя об этом говорить. – Он вздохнул. – Однако, похоже, другого выхода нет.
Рена замерла, как натянутая струна. Полдюжины вопросов так и просились сорваться с её губ, но Тьери чуть приподнял руку, безмолвно умоляя её потерпеть.
– Помнишь ли ты письмо, которое вызвалась отнести женщина-аист?
– О нет, – застонала Рена. – Она его прочитала?
– Да. Пожалуйста, не держи на неё зла. Мы были потрясены тем, что ты узнала от Руки, – гораздо больше, чем положено знать человеку. Поэтому мы решили тебя сопровождать. Ведь нужно было убедиться, что ты никому не расскажешь. Понимаешь? И мы немного изменили послание. Убрали из него упоминание о Ме’ру.
Рена кое-что поняла. За один вдох размытые цвета сложились в картинку.
– Ты меня проверял. Когда мы только познакомились. Хотел посмотреть, расскажу ли я тебе.
Тьери кивнул.
– И хорошо, что ты этого не сделала.
– Значит, ты на стороне полулюдей. Люди-жабы имели в виду не Руки, когда говорили о брате, а тебя! Друг всех и каждого. И Серый ужасно удивился, что я не всё о тебе знаю, как раз когда я стала переводить тебе его слова.
– Да. Он, конечно, знает. Многие полулюди знают, кто я такой.
Рена улыбнулась. Значит, Тьери понял и все нахальные замечания Руки в свой адрес. Наверное, трудно было не выдать себя. Теперь ей стало ясно, о чём Тьери шепнул тогда бабушке. Она тоже знала и могла случайно выдать внука. Но что всё это значило? Рена нашла в себе силы размышлять логически. И высказать, что пришло ей в голову.
– Ты служишь Ме’ру, верно? Он и в самом деле существует.
– Ты права, всё так и есть. – Тьери посмотрел на неё гордо и немного вызывающе. Ждал, что она ответит. Но Рена могла только ошеломлённо смотреть на него.
Тьери пожал плечами.
– Я никогда его не видел. Я даже не знаю, кто или что он такое.
– Но как же тогда вы получаете его приказы – и как он платит вам за труд?
– Иногда через друзей, иногда что-то приносят полулюди, или в особом месте оставляют послание. А награда… ну время от времени я нахожу в карманах деньги, что-то ценное или съедобное. Кто-то же это подкладывает.