Страсти по Чернобылю полностью

Как ни странно, но о «ренессансе» первыми заговорили ядерщики. Причем их голоса раздаются по обе стороны океана, звучат они и на Востоке, и в Южной Азии, и это уже позволяет утверждать, что по планете распространяются новые идеи. Правда, их некоторые пытаются представить как старые, но сути дела это не меняет. Итак, ренессанс или иллюзия?

Мне кажется, что ответ следует искать на Украине, и не только потому, что здесь находится Чернобыль, но одновременно есть и развивается мощная атомная энергетика. Украина среди ее лидеров, и уже это само по себе приковывает к ней внимание. Здесь, в современном эпицентре событий, связанных с судьбой АЭС, наиболее ясно и отчетливо прослеживаются все «за» и «против», с которыми нам суждено столкнуться в наступившем XXI веке, когда мы будем ощущать последствия как «парникового эффекта», так и всевозможных энергетических кризисов. Мой собеседник – человек, который не только прекрасно информирован о происходящем, но и сам по должности обязан принимать решения, которые принадлежат к судьбоносным. Наши добрые отношения с Юрием Александровичем Недашковским являются гарантией откровенности и искренности, что, как известно, предрасположено к успеху в поисках Истины. Он занимает пост президента Национальной атомной энергогенерирующей компании «Энергоатом», и эта должность в Украине подразумевает высшую степень ответственности за судьбу атомной энергетики.

Наш разговор я начал с очень простого, а потому самого сложного, пожалуй, вопроса:

– Как вы попали в президенты и каким «хозяйством» вы командуете? Я имею в виду нынешние масштабы атомной энергетики Украины.

– Наша компания объединяет четыре действующие АЭС, на которых работают 15 энергоблоков. Мы обеспечиваем более 50 процентов потребности Украины в электроэнергии. Такова статистика. Без сомнения, уже эти цифры впечатляют, потому что они свидетельствуют о том, что атомная энергетика не только востребована, но и главенствует в экономике. А потому та должность, которую я занимаю, весьма ответственна… Итак, как я стал президентом? Чтобы это верно понять и оценить, следует вернуться в прошлое… Путь в президенты, как ни странно, был банальный. Закончил факультет атомной энергетики Одесского политехнического института. Дальше – Хмельницкая АЭС, куда попал по распределению. Это было в 83-м году. Пришел в отдел кадров, а там говорят, что студентов пока не заказывали и что со мной делать, не знают.

– Станция еще строилась?

– Единственным пусковым объектом была котельная. Так что это было самое начало АЭС. Бетонную плиту под реактор еще только заливали… Моей специальности выпускников еще не требовалось, набор начнется через три года. Директор подтвердил, что заявок они еще не давали, а следовательно, мне целесообразно поехать на какую-нибудь действующую АЭС. Он беседует со мной и листает документы. А у меня «красный диплом», в нем вкладыш с оценками. Там ни одной четверки… Я и в школе был отличником, и в вузе тоже. Директор вдруг говорит: «Давай подождем главного инженера, он сейчас подъедет…» И, действительно, тот вскоре появляется в кабинете. Это был Викин. Потом он стал директором Нововоронежской АЭС. Когда мы встречаемся, я всегда подчеркиваю, что он мой учитель в атомной энергетике.

– Я его хорошо знаю. Несколько раз я был у него на станции, вместе ездили в Вену и Прагу на международные конгрессы. Безусловно, это один из столпов атомной энергетики России!

– Он посмотрел мои документы, сказал: такими выпускниками не бросаются… И меня оставили на станции. Должность какая-то была в котельной, но реально я начал заниматься будущим реактором. Сначала документацией, а потом и монтажом оборудования. К пуску реактора я уже работал инженером управления. Потом начальником смены реакторного цеха, блока, заместителем главного инженера по ядерной безопасности. Потом был небольшой перерыв, и вновь вернулся на станцию, где был заместителем директора по экономике, а затем и директором. Так как был молод, то был в числе «перспективных». В 2000 году я возглавил нашу компанию. Убытки тогда составляли миллиард и восемьсот миллионов гривен. Процветал бартер, взаимозачеты. Пришлось занять жесткую позицию, и уже в 2001 году мы не только погасили задолжность, но и получили прибыль. Однако в 2002 году меня «ушли». Вынужден был судиться, так как снятие с должности считал ошибкой, произволом. Дошел до Верховного суда, выиграл процесс – в должности меня восстановили. В тот же день подал заявление «по собственному желанию» и пошел помощником к народному депутату Виктору Ющенко. Когда он стал президентом, я вернулся в компанию. Потом меня снова «ушли», а затем я вернулся…