Хорошая идентификационная игра была раскрыта в пригороде Нью-Йорка несколько лет назад. Некоторые водители имели при себе удостоверения личности, в которых полицейский мог прочесть, что они члены некоего клуба. Если задерживали водителя с членской карточкой, он просто показывал карточку полицейскому и платил взятку. Роль этих карточек состояла в том, чтобы идентифицировать водителя, который, если взятка была получена от него, будет хранить молчание. Это идентифицировало водителя как человека, которого можно принудить к исполнению обещания. Но карточка идентифицировала водителя только после того, как он задержан; если бы полиция могла идентифицировать владельца карточки, взглянув на него, то можно было сконцентрировать задержания на владельцах этих карточек, угрожая выписать штрафную квитанцию, если не будет взятки. Карта представляла собой условный способ идентификации, находящийся в распоряжении водителя. Подобная ситуация, уместная при обсуждении как обещаний, так и идентификации, описана Сазерлендом: «Большинство полицейских более или менее честны в своих делишках с ворами, просто потому что это выгодно. Они будут оказывать свои услуги даже после ареста, но не распространяют эту благосклонность на непрофессионалов, которых они заключают под стражу. Они понимают, что это безопасно и что высокое начальство об этом не узнает, как могло бы случиться, если бы покровительство распространялось на любителей»[78].

Идентификация также существенна для такого важного экономического факта, который обычная экономическая теория производства и обмена склонна игнорировать. Речь идет об огромном потенциале разрушения, который является доступным и который имеет отношение к делу, т.к. может быть использован в качестве основания для угрозы вымогательства. Обычный физически здоровы выпускник средней школы с интеллектом чуть ниже среднего должен упорно трудиться, чтобы заработать более 3000 или 4000 долл. в год, но он, согласно черновым расчетам автора, может разрушить в сто раз больше, если направит на это свой ум. При наличии институциональной договоренности, при которой он великодушно воздерживается от разрушения в обмен на долю ценностей, которые он мог бы разрушить, парень явно нашел бы себя в качестве вымогателя, а не механика или клерка. К счастью вымогательство обычно зависит от самоидентификации и открытой коммуникации со стороны самого вымогателя.

О важности самоидентификации свидетельствует значение, придаваемое доктрине, согласно которой обвиняемому должно быть позволено знать своего обвинителя и предоставлена возможность видеть его лицом к лицу. Это также отражено в норме о секретности свидетельских показаний перед большим жюри в случаях, когда идентифицируемый свидетель может быть запуган потенциальными обвиняемыми, и чтобы сохранить в тайне личность свидетелей преступления, пока преступник не будет арестован. (Стратегия в сфере права, обеспечения исполнения правовых норм и сдерживания преступности — широкое поле для применения теории игр.)

<p><strong>ДЕЛЕГИРОВАНИЕ</strong></p>

Порой в распоряжении игроков имеется другой «ход», модифицирующий игру — делегирование представления своих интересов в целом или частично, или инициативы принятия решения некому агенту, который становится (или уже является) еще одним игроком. Страховые схемы позволяют разделить интересы; структура стимулов страховой компании отличается от структуры стимулов страхуемой стороны и по этой причине может быть больше приспособлена к тому, чтобы угрожать и противостоять угрозам. Подобную же цель имеет требование нескольких подписей на чеке. Использование предприятием профессионального агентства для востребования долгов — средство односторонней, а не двусторонней коммуникации с должниками, а также ход, предоставляющий возможность оказаться вне их досягаемости и не слышать их просьб и угроз. Поставка боеприпасов для южнокорейских войск или предоставление им доступа к лагерям военнопленных, чтобы они могли в одностороннем порядке отпускать пленников, есть тактическое средство отказа от обременительной власти принятия решения — обременительной оттого, что она подвергает принимающего решения потенциальному принуждению, сдерживающей угрозе, или оставляет возможность взять собственную угрозу назад и, следовательно, лишает возможности сделать угрозу убедительной.

Соглашение о взаимопомощи с националистическим правительством Китая можно рассматривать отчасти как способ переложить бремя ответного решения на того, чья решимость вызвала меньше сомнений. Впоследствии предложение предоставить ядерное оружие в руки европейских правительств явно обосновывалось доводом, что это усилит сдерживающую силу ядерного оружия, так как средства для осуществления возмездия видимым образом будут переданы странам, которые в определенных обстоятельствах, как можно ожидать, будут менее нерешительны, чем США.

Перейти на страницу:

Похожие книги