Посредники также могут служить средством, при помощи которого рациональные игроки имеют возможность на время отложить некоторые свои рациональные способности. Посредник может прервать определенные виды коммуникации, в то же время блокируя определенные благоприятные для памяти условия. (В этом отношении он выполняет функцию, которая может быть воспроизведена компьютером.) Он может, к примеру, сравнивать предложения сторон, делая заявления об их совместимости, но не открывая сторонам эти предложения. Он выступает в роли устройства для просмотра, которое может скрыть часть введенной в него информации. Он делает возможными некоторые ограниченные сравнения, которые недоступны умам сторон, так как ни один участник игры не может убедительным образом связать себя обязательством забыть что-либо.
Трудность достоверного отречения от некоего знания, которое человек получает левой рукой в то время, как активно ищет его правой рукой, убедительно иллюстрируют усилия одной части правительственных органов получить точные данные о доходах для статистических программ, в то время как другая часть того же правительственного аппарата собирает те же данные, чтобы обложить на их основе налогами или преследовать по суду за уклонение от уплаты налогов. Правительства полагают важным изыскать способы, которые гарантировали бы, что статистическое ведомство, для которого на первом месте стоит получение информации, не станет выдавать эту информацию налоговому ведомству, чтобы иметь возможность получить эту информацию первоначально. Аналогичным случаем доверия явному посреднику можно считать то, что компании передают статистическому бюро коммерческие тайны, которые бюро обязуется уничтожить, «растворив» индивидуальные данные в расчетных суммах и средних, которые будут обнародованы к выгоде сотрудничающих компаний; или пример служб общественного мнения, которые скрывают потенциально способные поставить в неловкое положение индивидуальные данные о политических или сексуальных пристрастиях, публикуя лишь агрегированные показатели. Использование посредников для предотвращения идентификации представляется обычной тактикой, когда покупатель с большими ресурсами полагает, что он сможет купить задешево картину или право прохода через чужую землю, если собственник не будет знать, кто именно интересуется покупкой.
Посредник может обратиться в арбитра, если игроки сделают необратимый шаг по передаче ему права окончательного решения. Но арбитражные соглашения должны быть такими, чтобы их выполнение было обеспечено сознательно навлекаемым на себя игроками риском, наделением третейского судьи властью наказывать или наделением его чем-то таким, что делает его систему ценностей дополнительной (комплементарной) по отношению к их системам. В свою очередь игроки должны быть способны доверять ему или взять с него обещание, обеспеченное санкцией. Но в любом случае арбитр увеличивает число средств обеспечения исполнения обещаний: два человека, не доверяющие друг другу, могут найти третье лицо, которому они оба верят, и отдать ему все карты в руки[79].
Множество интересных игровых тактик и ситуаций зависят от структуры коммуникации, в частности от коммуникационных асимметрий и односторонних вариантов инициирования коммуникации или ее разрушения. Угрозы бессмысленны, если их невозможно передать лицам, которым они адресованы; вымогательство требует средств передачи списка возможных альтернатив по отношению к жертве. Даже угроза: «Прекрати реветь или получишь подзатыльник!» — неэффективна, если ребенок плачет так громко, что не услышит ее. (Порой кажется, что дети об этом знают.) Свидетеля нельзя запугать так, чтобы он дал ложные показания, если его охраняют, что предотвращает передачу ему инструкций о том, что ему следует говорить, даже притом, что угроза подразумевается сама собой.
Когда исход зависит от координации, выигрышной тактикой может стать своевременное разрушение коммуникации. Когда муж и жена обсуждают по телефону, где встретиться, чтобы пообедать, спор выигрывает жена, если она просто скажет, куда пойдет, и повесит трубку. Статус-кво часто сохраняет человек, уклоняющийся от обсуждения альтернатив вплоть до отключения слухового аппарата.
