Иными словами, представитель графа недвусмысленно намекнул, что суд может не только не осудить молодого забияку, но ещё и оправдать. Или вынести чисто символический приговор. А за его судьбу в таком случае, можно не особо переживать — пристроят. Знатность рода имеется, покровитель "внезапно" отыскался… Да и "знакомые" при дворе графа — тоже не тот факт, которым можно пренебречь.
А вот успешность — или неуспешность расследования нападения, уже на собственно барона — вполне может зависеть от того, какое решение примет его собеседник. Он ведь вполне может прийти к выводу, что судьба его сюзерена — задача приоритетная и наиважнейшая. И всё прочее, произошедшее в тот же день — не более, чем трагическое совпадение обстоятельств. Напали на дом королевского чиновника? Ну, так не на него же самого? Вот, пусть корона это и расследует… а мы, естественно, окажем посильную помощь! Эспин будет при этом абсолютно и безусловно прав — да и любой коронный суд его в этом в с е г д а поддержит. И вся знать графства встанет рядом с ним в этом вопросе.
Ибо, граф Рино — он свой.
Родной и всем привычный.
Издавна управляющий немалой провинцией.
А Логар — пришлый. Корней и завязок здесь не имеет.
Поскольку именно это обстоятельство всегда являлось решающим, при назначении того или иного сановника в какую-либо провинцию. Он должен быть равноудалённым от всех — и от местной знати в первую очередь.
Что ни в малой мере не добавляет таким вот людям популярности на местах.
В конце концов, не первого представителя королевской канцелярии хоронят… такие случаи бывали и раньше. Иногда — по приказу того, кого он был призван негласно контролировать, иногда — всякие там разбойники нападали… Не просто так к Логару приставлен десяток королевских солдат — мера, как оказалось, вполне разумная и правильная.
Но — как выяснилось, совершенно недостаточная. Трое из его охранников уже отправились в мир иной, а ещё трое пролежат достаточно долго. Слишком уж серьёзны их раны.
Да, сверху потом могут последовать громы и молнии… но вот воскресить покойника пока никому ещё не удалось.
Пока мы ещё официально не приступили к своим обязанностям. Строго говоря, даже многоопытный барон ещё не придумал как ввести меня в игру. С Керком — понятно, знатное происхождение обеспечивает ему автоматическое попадание на должность телохранителя. Осталось только его поднатаскать в рубке. Но для этой цели у Даны уже есть какой-то невероятный спец. А уж рассказать парню о всяческих подлых приёмах смертоубойства и обмана — это и я смогу достаточно грамотно. Насмотрелся в своё время разнообразных детективных сериалов… Не всё, разумеется, здесь применимо — но знать об этом нужно! Хорошо, что тут хотя бы всяческих ниндзя не водится — тот бы ещё был геморрой! Их фокусы, да в сочетании с местным колдовством… так и до седых волос дожить не успеешь…
Более-менее как-то утрясается и с нашей ведьмочкой, хотя она всегда шипит, если я её так называю. Дело в том, что подобное название здесь совершенно не в ходу, и мне пришлось ей пояснять смысл данного слова. Ни с того, ни с сего, она вдруг обиделась…
Но в её гильдии тоже отчего-то не все восприняли положительно новость о приглашении Даны ко двору. Чего уж там у магов не заладилось — не знаю. Но сама она на эту тему не распространяется.
Так что здравая в целом идея барона, на практике пока пробуксовывает. И решить вопрос с наскока — не получается. Вот под этим предлогом (мол, надо посоветоваться) я и отпрашиваюсь у нашего работодателя.
Мой сегодняшний собеседник — брат Нове. Как я понимаю, именно этот представитель ордена святого Лана Страждущего тут занимается всякими… г-м-м-м… сложными вопросами.
Встретил он меня достаточно радушно, даже какого-то травяного настоя предложил заварить. Кстати, собратья из Кределя поделились с ними запасами моей приправы — и местная монашеская братия её вполне оценила!
Плюс в карму, так сказать…
Разговор я начал издалека.
И первый вопрос касался возможности применения магии именно монахами. А в том, что они это успешно практикуют, никаких сомнений не имелось.
— Мы никому не причиняем вреда, — кивает брат Нове.
— Но ведь монастыри как-то же отбивают нападения разбойников?
— Что есть дождь? Благо для землепашца — его поле напитается водой. Так?
— Кто б спорил…
— А если человек с нехорошими помыслами поскользнётся на мокрой земле — будет ли в том вина вызвавшего дождь? Ведь он стремился к благой цели!
— Но если этого разбойника приложит ветром о стену?
— Ветер очищает воздух, уносит плохие запахи… Не надо стоять у него на пути!
"И плохих людей заодно…" — м-м-да… логика у здешних товарищей… своеобразная…
— А вот такой ещё вопрос… — пытаюсь как-то сформулировать мысль. — Хорошо, магия — это понятно. Но ведь ваши привратники носят основательные такие… дубинки, что ли… это как?
— Нет греха в том, чтобы отбросить или обезоружить неразумного человека. Мы не прольём его крови — но лишим возможности творить зло.
Так, с этим тоже, вроде бы, прояснилось…
— А если выбитое оружие упадёт на ногу его владельца?
Монах разводит руками.
