Сидя в углу комнаты и тихо плача, мальчик просил небеса, чтобы отец пришел ему помочь.
Покровителем Страны Байлянь был безымянный будда, которого изображали в форме статуи странника. Этому божеству давали множество имен, потому что никто не знал настоящего, но чаще всего можно было услышать прозвище Бай Лянь, позаимствованное из названия страны. Говорили, будто этот бог помог людям посадить белые лотосы на прудах и научил готовить лунные пряники.
Во дворце князя был построен храм для Бай Ляня, и там часто проводили молитвенные церемонии, а госпожа Янь непреклонно ставила А-Ли коленями на гравий во дворе этого храма.
А-Ли никогда не проказничал и старался выполнять задания учителей, но те требовали от него невероятных достижений, на которые не способен ребенок его возраста. За невыполненные задания госпожа Янь и бездушные учителя больно били его линейками, пока нежная кожа на его ладонях не лопалась в кровь. В то время когда старших принцев хвалили за малейшее достижение и баловали подарками, А-Ли молча терпел наказания за то, что не мог справиться с заданием уровня ученого мужа.
Старшие принцы, когда сбегали от учителей, глумились над ним: «Такой разгильдяй никогда не станет наследным принцем! Посмотри на себя, ты постоянно наказан! Может, уже научишься себя вести и возьмешься за книги? Это все потому, что твоя мать из публичного дома! Дурная кровь!»
Дети повторяли за матерью и ее слугами, а мать всеми силами старалась убедить князя, придворных, министров и даже всю страну в том, что единственные достойные наследники престола – ее родные сыновья.
А-Ли мог вытерпеть любые унижения в свою сторону, но когда кто-то плохо говорил о его матери, он терял всякое самообладание и бросался в драку, позабыв, что соперники в разы превосходят его по росту и весу.
– Моя матушка была из приличной семьи! Она воспитывалась на горе Байшань и была заклинательницей!
Несправедливые оскорбления причиняли ему нестерпимую боль, облегчить которую могла только ярость, но маленький мальчик никогда не мог победить старших братьев. Если бы не дежурящие во дворе евнухи, А-Ли бы втоптали в землю.
В храме статуя безымянного странника равнодушно смотрела на него, когда он приходил просить помощи у богов. Мальчик вырос, слушая истории матери о милосердном будде, который безвозмездно помогал древним жителям Байлянь, когда жил среди них.
– Мне не нужны ни богатства, ни слава, и наследным принцем я тоже не хочу быть, я хочу обменять все это на семью, в которой все друг друга любят, – говорил мальчик в своих многочисленных молитвах. – Даже если мне будет нечего есть и я буду ходить босым, грязным и больным… я все отдам.
Но прошел целый год, а Бай Лянь так и не исполнял его просьбы.
– Ты вообще существуешь? – в отчаянии и со слезами на глазах спросил А-Ли однажды, глядя в нефритовые глаза будды. – Или ты умеешь только печь пряники и сажать лотосы? Или ты уже давно переродился в гусеницу или какую-нибудь тварь? Тогда зачем поклоняться богам, если они все равно умирают и даже не помогают, сидя на своих облаках? Ты помогал людям, когда спустился к нам, но там, на Небесах, чем ты вообще занимаешься?
А-Ли испытывал необъяснимое разочарование к Бай Ляню и даже позволял себе его отчитывать.
– Какая разница, что я скажу, тебе же все равно на меня… всем все равно на меня. Я правда такой никчемный, как все говорят? И ты не помогаешь, потому что я был недостаточно праведен и не заслужил помощи? За то, что я такой глупый, ты отвернулся от меня? За то, что моя матушка была наложницей? За что?
Бай Лянь ни разу не ответил, точно и правда был уже давно мертв. А-Ли уходил из его храма каждый раз все более угнетенным.
В чужом дворце мальчик был очень одинок. Его старшие братья искренне ненавидели его, а он так и не понимал, что он сделал не так и почему все настолько строги к нему. Когда старшие братья играли с другими детьми, он незаметно прятался на заднем дворе у стены, за которой жили слуги. У кого-то из слуг там жила небольшая белая собачка по кличке Баоцзы, и четвертый принц подружился с ней. Баоцзы стал его единственным товарищем.
Четвертый принц часто прятался в библиотеке, потому что это место его братья по возможности обходили стороной. Ночью в библиотеке не было даже слуг и стражи, поэтому огромные полки с рукописями были в полном распоряжении мальчика. С одной свечой он прятался между стеллажами и читал сказки о богах, доблестных заклинателях и светлых духах. Захватывающие истории наполняли его верой в справедливость и в то, что его обидчики рано или поздно получат возмездие. Он решил, что на Бай Ляня нечего надеяться, и стал просить о помощи всех богов, чьи портреты появлялись в книге. Иногда он придумывал, что они ему отвечают и всячески утешают. Больше всех ему нравилась бодхисаттва Гуаньинь, потому что ее портрет был похож на портрет его матушки, а ее голос в его воображении звучал ласково.
