Свой шестой день рождения четвертый принц справлял в компании Баоцзы около его будки и радостно кидал ему палку. По несчастливой случайности день рождения четвертого принца совпадал с днем рождения старшего принца, которому исполнялось десять лет. Четвертый принц улизнул из дворца пораньше, чтобы не попадаться на глаза ни ему, ни его матушке, но заклятый обидчик каким-то образом нашел его сам и подтянул к будке целую ораву верных последователей.
Веселое настроение четвертого принца тут же испарилось, он испуганно попятился к будке. Верный песик, почуяв угрозу, встал на его защиту, громко и угрожающе тявкая. Он едва доходил старшему принцу до колен, но, казалось, считал себя большой и злой собакой, способной проглотить негодника целиком.
Старший принц долго глумился над младшим братом и его защитником, а затем снял с пояса красивый кинжал, украшенный драгоценными камнями, и принялся им хвалиться:
– Государь-отец подарил мне его на день рождения! Смотри, как он блестит на солнце! Настоящий, не игрушечный! Государь-отец сказал, что я уже взрослый и могу носить настоящий клинок, а когда стану старше и выше, он подарит мне меч!
Четвертый принц был слишком напуган сверкающим лезвием, чтобы что-то сказать. Он нагнулся, чтобы запихнуть собаку в будку и спрятать за собой, но Баоцзы вдруг сорвался с места и ухватил старшего принца за край дорогой накидки.
– Ах ты, грязная шавка! – завопил мальчик и махнул кинжалом. Кровь оросила свежий снег.
– Нет! – в ужасе крикнул четвертый принц. – Не трогай его!
Орава дворцовых детей схватила собаку, которую старший полоснул по морде. Старший принц, отряхнув испорченное платье, рассвирепел.
– Ты заплатишь за это, глупая собака!
И с яростью вонзил кинжал в живот Баоцзы.
Кровь собаки разлилась по двору, окрасив белый снег и шерстку в жуткий красный цвет. Дети вскоре насмеялись и покинули двор, оставив четвертого принца стоять в оцепенении. Он не мог пошевелиться долгое время, а затем, когда его колени подогнулись и больше не смогли его держать, подполз к мертвой собаке и крепко обнял ее, сотрясаясь от горьких рыданий.
– Что я сделал, за что вы так меня ненавидите? Что сделал Баоцзы, за что вы его убили?
Когда наступила ночь, он пришел в библиотеку, потому что не мог заснуть. Когда он закрывал глаза, перед ним появлялась мертвая белая собака, полностью залитая кровью, и глумливая улыбка старшего принца. Мальчик поставил свечу на пол, машинально стащил с полки книгу, в которой описывались самые сильные божества, уселся на пол и открыл книгу посередине. Со страницы на него уставился страшный седой человек с бычьей головой, держащий книгу костлявыми пальцами с когтями. Мальчик тупо уставился на рисунок, его глаза слезились и щипали, отчего он не мог читать слова, но помнил, что говорилось на этой странице.
– Владыка Преисподней Ян-сыцзюнь, – произнес он тихо, словно читая текст по памяти для себя. – Беспристрастный начальник десяти судей, решающий судьбу всех душ, попавших в загробный мир.
Страшный человек все еще смотрел на него пристально. Четвертый принц вздохнул.
– Души праведных людей он отправляет на круг перерождения, души грешников исполняют наказания и подвергаются пыткам, которые могут длиться сотни тысяч лет, а души самоубийц превращаются в его рабов до тех пор, пока не обратятся в песок… Как жаль, что, чтобы он наказал грешника, надо ждать, когда тот умрет. А если он не умрет никогда? И каким-то образом обретет бессмертие?
Он подумал о том, что будет, если его царственная мачеха вдруг вознесется в бодхисаттвы. Он представил, как она ходит по золотым дворцам с надменным видом и оскорбляет и бьет плеткой всех неугодных бессмертных. Тогда Небесам точно придет конец и они рухнут.
– Неужели боги не могут помочь мне ничем сейчас, пока я жив? Что я сделал в прошлой жизни, чтобы заслужить такое наказание? – всхлипнул четвертый принц. – Уважаемый Владыка, если этот никчемный утопится в пруду, вы возьмете его на службу рабом? Не может быть, чтобы в загробном мире было хуже, чем здесь.
Слезы заполнили его глаза, и рисунок бога размылся.
Вдруг раздался чей-то спокойный голос совсем близко, точно у мальчика над головой:
– Ты не должен так говорить, А-Ли. Боги уже вовсю стараются тебе помогать, но им нужно время. Ты знаешь, что на Небесах один день равен году на Земле? Пока до них дойдет твоя молитва и пока они приступят к ее исполнению, может пройти много времени. Будь терпелив, и твое страдание в конце концов закончится.
Мальчик с замиранием сердца огляделся, но никого рядом не встретил. Голос взялся из ниоткуда и звучал в его голове точно размеренный шум бегущей реки. Этот голос был необыкновенным, мальчик почувствовал, будто он погладил его по голове и мгновенно высушил его слезы. Он вцепился в книгу и вперился в рисунок. Страшный седой человек с бычьей головой, который до этого корчил гримасу, вдруг стал чуть-чуть улыбаться, а его глаза засветились.
– Владыка Преисподней? – прошептал мальчик ошеломленно. С ним разговаривал рисунок!
