Стужа огляделась по сторонам, понимая, что даже в пустынном сквере говорить лишнее опасно. Слишком опасно.
– Найди мне всю информацию о тех… – Девушка растёрла ладонью напряжённый лоб. – Помнишь урок Порга? Тот, с которого он меня выгнал?
– Ты про какой из них, Лайла? – многозначительно вздёрнув брови, спросила Илея. – Тебя часто выгоняли с уроков.
– Я про тот раз, когда я обозвала его старым болваном!
Илея нахмурилась, пытаясь вспомнить, а потом её глаза серебристо-лазурного цвета округлились. Девушка растерянно огляделась по сторонам, хотя у неё не было в этом необходимости. Дома ей ничего не грозило.
– Зачем тебе знать о?..
Стужа не позволила сестре договорить, прервала её на полуслове:
– Прошу, сделай это для меня, найди всё, что сможешь, и либо сама расскажешь мне, либо я прочту.
– Ты?.. – Илея дышала часто, выглядела изумлённой. – Ты ведь не зря просишь об этом?
– Я не делаю выводов. Для того, чтобы утвердить что-то или опровергнуть, мне нужно больше информации. А училась я, как ты помнишь, не очень прилежно. Здесь мне без тебя не обойтись.
– Что именно ты хочешь знать? – строго спросила её сестра.
– Всё, – отрезала Стужа. – Любые мелочи, детали, без которых мне не обойтись. Мне нужно всё, что ты сможешь найти.
– Во что ты ввязалась? – с лёгким беспокойством в голосе поинтересовалась Илея. В её словах не было и тени упрёка. Несмотря на буйное детство её сестры, она верила ей безоговорочно.
– Как быстро ты сделаешь то, о чём я прошу? – спросила Стужа.
– Я дам знать.
– Хорошо, я сразу приду, как ты будешь готова.
Стужа вознамерилась было свернуть сферу, но задержала свой взгляд на лице сестры. Что-то тоскливое шевельнулось в груди.
– Как ты? – решилась спросить она. – Как родители? Всё ли у вас хорошо?
– О нас не беспокойся, – мягко улыбаясь, ответила Илея. – Думай о себе. Моя интуиция подсказывает, что ты по уши в проблемах.
– Это ты ещё деликатно выразилась, сестрёнка, – хмыкнула Стужа.
– Талантом ругаться как пьянь в нашей семье обладаешь только ты, – скривилась Илея.
– Жду от тебя вестей, – пробурчала Стужа и свела ладони вместе.
После того, как лицо сестры растворилось вместе с кристаллической сферой, мир вокруг вернулся к прежнему ритму, а Стужа почувствовала себя безмерно одинокой. Неужели Элоиза была права, и эмоции всё чаще берут верх над её холодным разумом?
Она медленно побрела к своему бару, размышляя над тем, что откроют ей записи и знания сестры. Стужа отчаянно желала ошибиться в своих догадках. Конечно, она могла бы прямо спросить у Айка, что она и сделает чуть позже, но для этого нужно чуточку больше фактов.
У дверей бара она задержалась, вдыхая полной грудью свежесть приближающегося вечера. Внутри было многолюдно, что в последнее время редко случалось. Стужа бросила взгляд на Декса, который тут же дал ей знать, что появились новости. Девушка откинула капюшон, тряхнула волосами, сбрасывая остатки снега, и направилась к стойке.
– Что стряслось? У тебя аж пальцы дрожат, – невесело усмехнулась Стужа.
– Айк пришёл, – ответил бунн, кивая головой в сторону одного из дальних столиков. Девушка невольно вздрогнула, заметив опущенные плечи Бурелома. – И ещё, – Декс неловко почесал затылок, из-за чего Стужа лишь сильнее насторожилась, – записка от Шелпстона.
А вот это уже было совсем другое дело. Стужа решительно протянула руку, в которой тут же оказался клочок бумаги. Теперь и её пальцы слегка подрагивали. На листке ровным почерком были выведены всего несколько слов. Адрес и время.
– Время пришло, – пробормотала Стужа, запуская руку в карман пальто и оставляя записку в нём.
– Поешь хоть что-нибудь, у тебя ещё добрая пара часов, – тихо попросил Декс.
– Принеси мне за стол Айка, – устало сказала она и направилась к калдору, который ни разу не повернулся к ней.
Идти к столику отчего-то было непросто, ноги будто слушаться не хотели. Девушка осознавала, насколько осложнится дело, если её подозрения верны. Она понимала и всё равно злилась на Айка. Понимайте как хотите, но даже фригги зачастую остаются просто девушками.
Стужа опустилась на стул напротив Бурелома и заглянула в его чистые глаза. Айк молчал и просто смотрел в ответ. Что творилось в его голове в эту минуту? Стуже оставалось только гадать, но его взгляд рассказал ей о многом. Он сожалел о том, что наговорил ей, чувствовал свою вину за то, что упустил Мэдди, страшно за неё переживал. А ещё… ещё он волновался о хрупком союзе со Стужей. Она ощущала это кожей, видела в его тёплых искренних глазах. Такое тепло было чуждо Стуже, она не была с ним знакома.
Просто смотреть в глаза Айка и молчать было… приятно. Так много хотелось сказать и совсем не хотелось говорить. Всё вокруг будто затихло, и Стужа не слышала пьяного хохота или недовольного ворчания завсегдатаев, не видела разморённых от хмеля лиц, кривых улыбок, настороженных взглядов. Перед ней было открытое лицо Айка; тишина и покой, исходящие от него, глубина и проникновенность его глаз обволакивали её. Слышала Стужа лишь стук собственного сердца.
