– Но, увидев лишь раз, сразу поймёшь, – пожал плечами Олли. – Я могу рассказать тебе, и ты просто переместишься туда. А я завяжу твоим друзьям глаза и выиграю вам с Кризелем часок, чтобы ты вспомнила, как охала и стонала под своим хозяином, вымаливая ещё хоть крупицу его любви.
Олли, довольный своей пошлой шуткой, расхохотался противным скрипучим смехом, а по телу Стужи прошла волна жара.
Бурелом резко вышел вперёд, схватил Олли за грудки и больно приложил того головой о стену:
– Закрой свой грязный рот, ублюдок!
Стужа не успела его предупредить, только дёрнулась, чтобы перехватить руку Айка, и издала звук, похожий на недовольный писк. «Ну чего он вечно лезет куда не просят? Дубина!», – мысленно проворчала она, прикладывая ладонь к лицу.
Олли был бунном и весьма ловким. Он в один счёт выпутался из хватки Бурелома, тут же оказался у него за спиной и заломил растерянному Айку руку, заставляя того вскрикнуть от неожиданности.
– Отпусти, – прорычал Бурелом, пытаясь вырваться, но каждое движение причиняло ему ещё большую боль.
– Герой, что ли? – злорадно усмехнулся Олли, а потом надавил на руку Айка ещё сильнее. На этот раз калдор не издал ни звука. Он тихо закипал, слегка удивлённый прытью бунна. – Запихни свои геройские штучки поглубже, пока я не выбил из тебя это дерьмо, калдор. Я думаю и говорю всё, что пожелаю.
– Довольно меряться достоинствами, – рявкнул Шелпстон, сверля недовольным взглядом своего родственника. – Мы здесь не за этим. Мне наплевать, что из-за этой девчонки у тебя всё ёрзает в штанах, Айк. Важна только Мэдди.
Олли с ехидной ухмылкой отпустил Бурелома, и тот потёр больную руку, бросая виноватый взгляд на Стужу. Она чуть было не закатила глаза. Олли достал из кармана фонарь и зашагал куда-то вглубь дома. Шелпстон хмуро последовал за ним.
– Ничего у меня нигде не ёрзает, – проворчал Бурелом, отворачиваясь от девушки.
– Ой, да заткнись ты уже, – беззлобно ответила Стужа, все гадая: не смущение ли заливает её лицо теплом?
А потом потянулись бесконечные коридоры и двери, а за ними лестницы и снова коридоры. Стужа считала все эти переходы бессмысленными, но так уж Кризель привык. Олли был прав: эти ходы она знала не хуже её прежних приятелей.
Глупое сердце взволнованно колотилось, когда они в очередной раз поворачивали. Каждый шаг приближал её к прошлому и к тому, о чём она предпочла бы не вспоминать. Тоннели уводили всё глубже под землю, воздух становился сырым и затхлым. Невольно девушка представляла их встречу с Кризелем – первую за долгое время. Она не прекращала время от времени бросать осторожный взгляд на Айка. Таких, как Олли, у Кризеля было великое множество, и все они не следили за языком. И она когда-то не следила. Вот почему Илея сказала, что ругаться Стужа тоже умеет. Тогда это казалось просто обыденностью, но сейчас от самой себя становилось противно.
–Ох, ни хрена ж себе! – воскликнул Бурелом, тут же виновато захлопнув рот.
Его удивление не стало для Стужи неожиданностью. Она тоже была поражена, только, в отличие от спутника, сумела сдержать возглас.
Перед ними открылась весьма занятная картина: гигантских размеров зал, созданный из расширенных коридоров, благоустроенный и заставленный всяким барахлом.
– Внушительная приёмная, – буркнула девушка, невольно вспоминая, по каким углам Кризель прятался прежде.
Она прошлась взглядом по выравненным, не очень умело, но всё же, стенам, по висевшим на них разношёрстным картинам, рассмотрела множество столов: совершенно разных, будто их собирали из каждого закутка всех шести миров и дёргали из разных мебельных гарнитуров. Вообще, всё здесь пестрило разнообразием. Какими бы отменными качествами ни обладал Кризель, были у него и видимые недостатки. Например, полное отсутствие вкуса. Он просто прибирал к рукам всё, что нравилось, и его не волновал тот факт, что вкупе та или иная вещь смотрелась нелепо. Однако никто и никогда не смел упрекнуть его в этом или, не приведи Господь, высмеять.
Единственное, что смогла сделать Стужа, – это убедить его одеваться чуточку скромнее.
Девушка фыркнула и дёрнула головой, словно вытряхивая ненужные воспоминания, а потом продолжила осмотр. Зал был заполнен помощниками Кризеля. Все они притихли, провожая взглядами гостей, пока Олли вёл вновь прибывших к столу хозяина.
– Они все таращатся на тебя, – процедил сквозь зубы Айк. – Но не так, будто рады встрече, а так, словно хотят сожрать тебя на ужин.
– У них ничего не выйдет, ведь ты со мной, – съязвила Стужа.
