– Я той же ночью отправился в тот лес, где мы с Олесей впервые увиделись. Трое суток по нему ходил. Звал ее, выл, как дикий зверь. И все без толку. Нет у меня больше жены, сестричка. Ушла она от меня. Безвозвратно.
По его щекам покатились слезы. Я погладила его по голове, а потом осторожно обняла за плечи.
В квартире брата я пробыла до позднего вечера. Сделала уборку, приготовила еды, уговорила Володю принять душ и побриться. Потом мы долго сидели на ковре в гостиной, пили чай и вспоминали его счастливую семейную жизнь.
Истории, которую рассказал брат, я не поверила ни на грош, решив, что он придумал ее в алкогольном угаре. Лесавки, волшебные платья… Гораздо вероятнее, что жена просто сбежала от него к тайному любовнику. Или (не дай Бог!) случилась какая-нибудь трагедия, о которой Володя хочет забыть.
Между тем, разбираться в этом сегодня не было смысла. Брату требовалось несколько дней, чтобы просто прийти в себя. Я решила дать ему это время, а уже потом записывать его на прием к психиатру и заново расспрашивать о том, куда делась его супруга.
На следующий день мобильный телефон Володи оказался вне зоны действия сети. Обуреваемая нехорошим предчувствием, я бросила все дела и вновь поспешила к нему домой.
На этот раз входная дверь была заперта, и я открыла ее ключом, который несколько лет назад брат на всякий случай оставил у родителей.
В квартире не было ни души. На кровати в спальне навалом лежали джинсы, футболки и белье, будто Володя в спешке куда-то собирался. На всякий случай я внимательно осмотрела все комнаты, пока мое внимание не привлекло кухонное окно.
В центре его стекла, прямо на уровне глаз красовалось странное пятно. Я подошла ближе и с возрастающим удивлением поняла, что это буквы, написанные пальцем с обратной стороны. Угловатая вязь, подозрительно похожая на почерк моей невестки складывалась в надпись: «Найди меня…».
Мужчины лежали на полу без сознания, опутанные от плеч до колен стеблями плюща. Молодые, одинаково веснушчатые и темноволосые, эти двое наверняка приходились друг другу братьями – родными или двоюродными.
Я взяла с полки пульверизатор и, убедившись, что в его баллоне находится вода, побрызгала каждому из них в лицо.
Ребята начали приходить в себя примерно через минуту. Сначала я услышала два слабых нестройных стона, потом мужчины зашевелились и открыли глаза.
– Здравствуйте, – вежливо сказала я, когда они сумели сфокусировать взгляд и настороженно уставились на меня.
Гости попытались сесть, однако плющ стиснул их крепче.
– Что за черт? – удивился один из мужчин. – Развяжите нас немедленно!
Он был заметно старше своего спутника и имел на щеке большую продолговатую родинку.
– А что еще? – насмешливо поинтересовалась я. – Может, налить вам коньяка? Сделать массаж? Или вызвать полицию?
Ребята переглянулись.
– Вы – хозяйка этой оранжереи? – осторожно уточнил мужчина с родинкой.
– Именно, – кивнула я. – Я – хозяйка оранжереи, в которую вы без спроса вломились в пятом часу утра. Прежде чем я все-таки вызову полицию, позвольте узнать, кто вы такие и зачем сюда пришли.
Ребята переглянулись снова.
– Мы не собирались ничего у вас воровать, – поспешно ответил младший мужчина. Его взгляд бегал из стороны в сторону, а на щеках появился легкий румянец. – Мы слышали, что в этой оранжерее находятся уникальные экспериментальные растения. И… и решили напроситься на экскурсию.
– На экскурсию? – переспросила я, доставая из кармана мобильный телефон. – Как это некрасиво – так глупо и примитивно врать. Ладно. Не хотите говорить со мной, будете говорить со следователем.
– Всенепременнейше, – хмыкнул мужчина с родинкой. – Мы расскажем ему все, как на духу. Только знаете, дамочка, после нашего разговора он пожелает побеседовать и с вами тоже. Но не как с пострадавшей, а как с преступницей.
– Что? – удивилась я. – Я – преступница? Вы, уважаемый, когда падали на пол, наверное, сильно ударились головой. Вы вломились в мой сад, сломали замок на оранжерее, разбили две бутылки с дорогущими удобрениями, перевернули кадку с саженцами жасмина, натоптали на полу. Я с трудом сдерживаю желание сломать о ваши головы стул и ту алюминиевую канистру. Если я это сделаю, тогда действительно стану преступницей. Но пока я держу себя в руках, извольте меня не провоцировать.
– Напугала ежей голым задом, – усмехнулся младший молодчик. – Мы, если хотите знать, после вашей пещеры ужасов уже ничего не боимся. И с большим удовольствием расскажем полиции, какие необычные растения вы тут выращиваете.
Я нахмурилась.
– Да-да! – закивал тот, что с родинкой. – И про звенящие цветы расскажем, и про щупальца, которые из перевернутой кадки вылезли. И про кусачую траву, что нас по всей оранжерее гоняла! А еще про эти стебли. Они же нас, как веревками, спеленали!
– Еще про кусты в ящиках расскажем, – добавил младший. – Вон про те, что возле стены стоят. Они нам в лицо какой-то гадостью пыхнули. Мы от нее почти сразу сознание потеряли.