Вы спросите: а что эти продавцы и меновщики не могли расположиться где-то поблизости, а не в самом Храме? Конечно, могли. Но тогда бы прибыль от операций с их имуществом могла упасть. А что, настоятели этих Храмов ничего с этого не имели? Вот просто так взяли и разрешили «беспошлинно» торговать? Естественно, имели. Корыстную заинтересованность. А поскольку не можем служить Богу и маммоне, то кому больше служили эти священники и первосвященники?
Не знаю, мешали ли торговцы в Храмах Иерусалима того времени проведению служб, но я знаю, как обстоят дела в некоторых православных Храмах России. А в них торговля мешает, порою, даже… Литургии. Идет торжественная служба, куча людей внимает каждому слову священника и тут же, прямо напротив алтаря, стоит очередь в лавку. И очередь эта, как правило, вовсе не безмолвствует. Тут и там люди перешептываются на отвлеченные темы, что-то выбирают, расплачиваются. Тут же у продавщицы лавки звонит телефон, она разговаривает, что-то пишет в журнал, принимая деньги за сорокоусты и свечи… Как же так можно?
Естественно, становится понятным, почему Христос так возмутился увиденным и не хотел проповедовать в таком оскверненном месте. Как писал блаженный Феофилакт Болгарский:
В то время, когда Спаситель, обличая первосвященников и книжников, выгонял торговцев и опрокидывал их столы и скамьи, простой верующий народ радовался тому, что засилью лицемеров в священнических одеждах приходит конец, ибо обличены они самим Господом.
Жаль только, что в наше время никто из первоиерархов Церкви Божией периодически не приходит и не чистит Храмы от торгашей. Ибо то, что там, порой, творится, отталкивает людей от живой Христовой веры.
А что же сами наши священники? Недавно я возмутился и дерзнул напомнить одному из них о словах Господа про разбойничий вертеп (естественно, один на один). Он сначала отказывался принимать всякую аналогию. Но потом, видимо, устыдившись, нехотя согласился, что она есть. Тогда я предложил вынести обе церковные лавки из Храма в соседнее здание, находящееся метрах в тридцати, которое тоже принадлежит Церкви, а у Храма поставить указатель, где теперь располагаются лавки.
Ответом мне послужило долгое молчание, после чего священник изрек:
Если честно, то я был в шоке. Хорошо, что с моих уст необдуманно не слетело:
***
Иисус Христос был воплотившимся Богом, Богочеловеком. Поэтому ничто человеческое (кроме греха) Ему не было чуждо. И нет ничего удивительного, что Он взалкал (проголодался). Господь все знал наперед. И, естественно, знал, что эта смоковница бесплодна.