Ватсон сдался. Он прикрыл рукой глаза и медленно отошёл к мойке, чтобы быть как можно дальше от Холмса. Тот опустил голову и даже не пытался просчитать вероятный исход при двух полярных ответах. Всё в любом случае давно вышло из-под его контроля. Он отлично осознавал опасность любого варианта, но терзать Джона было почти так же больно, как тайно смотреть вслед его кэбу год назад.
— Оставайся, — слово сорвалось с языка словно случайно, опередив твёрдое и рационально-устойчивое «Уходи». Джон вскинул голову и посмотрел на него, боясь поверить услышанному. Шерлок встал из-за стола и вышел из кухни, бросив через плечо: — Твоя спальня всё еще твоя.
Ватсон пошёл следом, желая разобраться в правилах. Но Холмс был явно против. Глубокие морщины на лбу говорили сами за себя.
— Я не собираюсь обсуждать свои слова. Более того, не уверен, что был предельно откровенен, когда сказал их.
— То есть…
— Иди спать, Джон. Поговорим потом.
— Ты простил меня?
— Не знаю, — просто сказал Шерлок и скрылся в своей комнате, захлопнув дверь прямо перед лицом шагнувшего к нему Джона.
Вскоре Ватсон ушёл к себе в спальню, о чём сомневающийся в своих действиях детектив узнал по характерному скрипу на верхнем этаже. Удовлетворённо кивнув, он лёг в постель, предварительно забрав телефон из пальто, висевшего на спинке кресла в гостиной. Наверху было тихо, и он позволил себе расслабиться, невзирая на внеплановое присутствие в доме Джона. Анализировать своё решение не представлялось возможным. Шерлок уснул, отключившись на время от всех проблем: он слишком устал — организм не справлялся с нагрузкой.
Разбудил его громкий и беспардонный стук в дверь квартиры. Кто-то явно уже с успехом миновал входную дверь. В одних пижамных штанах и мятой после сна футболке он вылетел в гостиную и в темноте столкнулся там с только что спустившимся от себя Джоном. На миг замерев, Шерлок застыл, хватая друга за руку, чтобы не упасть. Тот сделал то же самое. Раздался очередной настойчивый стук — оба синхронно посмотрели на дверь и разжали пальцы.
Через несколько секунд в гостиной стоял Грегори Лестрейд и потрясённо смотрел на щурящихся от яркого света, заспанных мужчин. Бросив на них усталый взгляд, он прошел до дивана, но не выдержал и развернулся, ошарашенно глядя на Джона. Шерлок тут же сбросил с себя сонливость: его приход в четыре утра с большой натяжкой можно было назвать дружеским визитом.
— Что случилось?
Грегори молчал, всё еще не спуская глаз с Джона, которого не видел уже очень давно. Холмс начал нервничать.
— Грег!
— Кэрол в моём участке, Шерлок. Мы должны ехать туда.
========== Часть 14 ==========
— Кэрол в моём участке, Шерлок. Мы должны ехать.
В комнате повисло молчание. Холмс перевёл потрясённый взгляд с Лестрейда на Ватсона и, так и ничего не сказав, скрылся в спальне. Те проводили его взглядом и посмотрели друг на друга.
— Привет, Джон, не ожидал тебя здесь увидеть, — пробормотал Грегори, протягивая руку для приветствия. Джон помедлил, а затем ответил на рукопожатие.
Между ними стояли невысказанное обвинение одного и неявное сожаление другого. Это не уменьшало силу их дружбы, просто о ней нужно было вспомнить, что было очень сложно.
Грегори вместо этого помнил потерянного Шерлока, каким тот был после ухода Джона с Бейкер-стрит. Холмс не показывал своих проблем, но они были видны по неестественно прямой спине, напряжённому покачиванию с пятки на носок, излишней желчи, что он выплёскивал на Андерсона за мельчайшую оплошность, и тяжёлым взглядам в пустоту, когда он думал, что его никто не замечает. Лестрейд видел, как метался Шерлок по своей квартире в один из тяжёлых дней, когда долгое время не появлялось интересных дел и вероятность рецидива была как никогда реальна. Упомяни Грегори о подобном в разговоре с детективом, он тут же получил бы отповедь, содержащую все его основные характеристики в качестве вида, унижающего саму суть человека разумного.
Именно тогда в голову инспектора и пришла идея об официальном сотрудничестве с Шерлоком. Это могло спасти детектива от него самого — и помочь отделу. Больше не нужно было бы отстаивать каждое дело, в котором участвовал Холмс, перед «кабинетным» начальством, а сам виновник получил бы постоянную занятость и возможность отвлечься от мыслей, которые, якобы, совершенно не тревожили его идеальный разум. Обратиться к Майкрофту Холмсу было смелым шагом, но оно того стоило: он быстро решил все вопросы и представил Грегори договор, который потом они вдвоём фактически заставили подписать Шерлока. Но на этот раз всё было действительно сделано для его блага. И, в итоге, самоотверженность, проявленная ими при «переговорах», была вознаграждена энергичным и успокоившимся Шерлоком, который никогда не говорил этого, но явно был благодарен им за помощь.
— Привет, Грег, это взаимно.
