К счастью для Ксаршей, вскоре волшебник устал махать тяжелыми предметами и позвал своего сына, все такого же помятого и опухшего с перепоя.
— Не жалей ее, — тихо прошелестел волшебник. — Эта тварь очень живучая…
Пошатываясь, Ксунвир вышел из зала. Шардин сел на кресло, положив ногу на ногу и внимательно посмотрел на пленницу.
— Я должен сказать тебе спасибо за то, что убила Бергимара, — тихо сказал он, еле шевеля заплетающимся языком.
— Почему? Что в нем было такого? — спросила девушка.
Его красивое лицо тронула горькая улыбка:
— Мой ненаглядный младший братишка… Он был красив, а, главное, у него были задатки великого волшебника. Он должен был поступить в академию магии, а я был бы принесен в жертву на этой вот церемонии, — он пьяно махнул рукой. — Но вот превратности судьбы. Лолт, должно быть, дала мне второй шанс.
Несмотря на слова, тон у него был грустный.
— Может и так — тихо сказала друидка, — но ты как будто не очень рад.
— С чего ты взяла? — Шардин улыбнулся еще шире, развалившись в кресле. — Дышать — это уже неплохо.
Эльф запустил руку в карман мантии и достал бутылку вина, вынул пробку зубами, сплюнул ее на пол и сделал несколько затяжных глотков, наслаждаясь процессом. Вдруг его мутные желтые глаза снова отыскали Ксаршей.
— Будешь пить, оборотень?
Девушка с охотой закивала. Шардин, пошатываясь, приблизился к ее столбу, чудом не споткнувшись о постамент. В нос Ксаршей ударил запах вина, перегара и приторных благовоний. Эльф приложил темно-серое стекло к губам девушки, и горло ее обожгла крепкая жидкость, оставляющая сладость на губах и языке. После нескольких глотков девушка сама отстранилась от бутылки, боясь моментально захмелеть. Щеки и лоб запылали.
— Только тссс, — заговорчески шепнул Шардин, приложив палец к ее губам. — Это секрет.
— Спасибо, — тихо ответила она.
— Шардин, вам бы поспать, — заметила Мальтир, подметавшая пол в зале. — Выглядите… не столь ослепительно, как обычно.
Эльф хрипло рассмеялся:
— Я знаю, что сейчас хуже раздавленного слизняка, но если отец застанет меня спящим, быть беде, так что… — он бросил взгляд на Ксаршей. — Кричи.
Девушка тотчас завопила. Шардин не совсем твердой походкой прошёлся по залу, настроил несколько вентилей на алхимическое аппарате и деловито покопался в склянках. Несмотря на состояние, он умудрялся ничего не разбить. Налицо был многолетний опыт. Когда он отошел к ряду трубок, тянувшихся вдоль самой дальней стены, золотоволосая эльфийка наклонилась к друидке, якобы проверить заживление ран. До Ксаршей донесся ее тихий шепот:
— Твой спутник в состоянии сбежать?
— Надеюсь, что да. Я не знаю, где он.
— Тебе необходимо узнать это. Сегодня. Времени мало.
Повелительные нотки в ее голосе покоробили Ксаршей.
— Мне бы еще фокусировку… веточку омелы или, может, достанете мой посох… Когда мы бежим?
— Мы бежим не сегодня, и нет здесь таких предметов. Ты должна узнать, в какой камере тебя содержат, что с твоим спутником и последнее — где сидит чудовище с волосами-змеями. Ты поняла?
Друидка удивленно моргнула:
— Да…
Златовласка хотела еще что-то сказать Ксаршей, но ее отвлекли шаги. В зал вошел рослый воин, что всегда конвоировал пленницу. Равнодушное лицо, один глаз синий, другой — мертвенно белый.
— Шардин, я позаимствую твою помощницу? Ненадолго, — сказал он, кивнув на Мальтир.
Полуобернувшись, Шардин рассеянно махнул рукой, а лицо златовласки скривилось от отвращения. Синеглазый увел ее за собой, а Ксаршей задумалась. Судя по внешности, Мальтир принадлежала племени солнечных эльфов. Уж не о ней ли было это видение?
Через час златовласка вернулась.
— Не забудь про монстра с волосами-змеями, это очень важно… — шепнула она друидке. — Скажи, как выглядит твой посох?
— Из осины. Резной, загнутый, — попыталась объяснить Ксаршей.
— Если в нем есть хоть капля магии, он валяется где-то у Ксунвира в закромах. Мы попытаемся найти его.
В этот момент к ним приблизился Шардин, отряхивая руки от мела Выглядел он уже гораздо лучше.
— Дамские секретики? — проронил он, мазнул глазами по друидке. — Там, откуда ты, принято так коротко обрезать волосы?
— Нет, — покачала головой девушка.
— Голой ходить, я так полагаю, тоже не варварский обычай? — он указал на ее платье, которое неуклонно превращалось в сплошную дыру.
Ксаршей покачала головой.
— Лия, Мальтир, дайте ей робу… — распорядился желтоглазый. — Мы же, все-таки, в цивилизованном обществе…
Девушки принесли грязно-серую робу, и, отковав Ксаршей от столба, помогли ей одеться. В какой-то момент эльфийка ощутила, как что-то горячее пробралось ей за шиворот, царапая маленькими острыми коготками.
Чрез час пришли конвоиры, и пока они вели эльфийку по коридору, она ощущала между лопаток тепло маленького зверька. Когда дверь захлопнулась за ее спиной, горячий комок зашевелился, прополз по спине девушку и вылез через ворот.
— Цвик! — пискнула летучая мышь, вспорхнув под потолок.
— Эй… ты меня понимаешь? — неуверенно спросила друидка, обращаясь к зверьку.
