Именно Ельцин в своей борьбе за власть постоянно нуждался во внешней легитимности. По сути, такая разновидность легитимности нужна победителю в нелегком деле государственного переворота. Именно с Ельцина начался постоянный запрос наших элит на внешнюю легитимность. И до конца этот порок не выкорчеван нами до сих пор. А Ельцину внешняя легитимность нужна была и в августе 1991 года, и в декабре 1991, и в октябре 1993, и на президентских выборах 1996. Повторюсь, в 90-е годы фактор внешней легитимации был определяющим для наших элит. Кстати, он важен до сих пор и для большинства постсоветских государств, элиты которых, как верные спаниели, притаскивают в зубах свои подстреленные страны к ногам настоящих охотников и геополитических игроков. Ну и получают они иногда за услуги сладкий сахарок в виде права пограбить своих несчастных туземцев-соплеменников. Но и пограбить тоже до поры до времени. Рано или поздно этих аборигенов-элитариев все равно обилечивают.
В 90-е годы реализовался сценарий настоящего внешнего управления. Причем многое уже описано даже в мейнстримовом медийном пространстве. Снято даже художественное кино об американских технологах на президентских выборах 1996 года. О многом мы еще не знаем, но скорее всего в недалеком времени обязательно узнаем.
Но наиболее важным было влияние и управление экономическое. Имена руководителей Международного валютного фонда знала вся страна. Эти имена склоняли на все лады наши обильно расплодившиеся в то время юмористы. В новостях постоянно присутствовали сводки о переговорах с МВФ, клубами кредиторов, Всемирным банком и т. п. Все гадали, дадут нам очередной кредит или не дадут. Причем каждый кредит подавался медиа как спасительный, как то, без чего нельзя. И до 1998 года страна буквально жила от кредита к кредиту.
Именно в 90-е у нас появился такой уродец как Банк России, который является форпостом внешнего управления до сих пор.
Внешнее управление в 90-е осуществлялось на всех уровнях. Мне иногда кажется, что наши элиты до сих пор не до конца понимают смысла тех игр, в которые играют большие дяди. Мы до сих пор все больше реагируем или изображаем некое цивилизационное айкидо, т. к. и не решились до сих пор на усиление идеологии. Мы до сих пор похожи на мечущуюся курицу, которой только что отрубили голову.
Скорее всего, внешние силы спровоцируют нас на идеологическое творчество и проектирование. Как это частенько с нами бывает – сама жизнь заставит. И когда мы приступим к этому творчеству, только тогда можно будет говорить о том, что внешнее управление в постсоветской России окончательно завершилось.
Советский Союз распался быстро, но не сразу. Все-таки он распадался какое-то время, и этот процесс можно было наблюдать в динамике. В сложноустроенном вареве межнациональных отношений внутри Советсокго Союза было много всего частного, кухонного, лавочко-семечкового, мещанского. Но очень важным оказалось следующее: действительно во многих национальных советских республиках очень многим, вплоть до тамошних хоть слабеньких и скудненьких, но каких-никаких элит, казалось, что это они кормят как минимум Россию, а как максимум вообще всех. Тогда всем и вправду казалось, что они всех кормят. И сначала подразумевалось, а потом и артикулировалось отчетливо следующее: хватит кормить Москву, хватит кормить Россию. Очень многие на национальных окраинах действительно так думали. Чего греха таить. Многие так думали даже у нас.
В том числе из-за таких заблуждений великая советская империя разрушилась. Все перестали кормить всех. Появились таможни и государственные границы там, где их с роду не было. И что же в итоге выяснилось?
А выяснилось в итоге следующее: по большому счету, в тогдашнем СССР всех кормила как раз Россия. И если в проклятые 90-е все постсоветские республики как бы уравнялись в своей порабощенности дешевым и некачественным импортом, то после всеобщего кризиса 1998 года на спасительный островок импортозамещения и возрождения суверенного производства выбрались далеко не все. Да и те, кто выбрался, оказались в самом разном состоянии.
И уже сегодня совершенно очевидно, что собственно Россия всех и кормила. Россия сознательно обделяла себя, вынося производства и институты развития в свои якобы колонии. В СССР, как и в Российской империи, реализовывался наш странный перевернутый «колониализм», в рамках которого национальные окраины развивались в более приоритетном режиме, чем, собственно, метрополия.
В итоге кормила всех Россия. Смешные этнократические элитки постсоветских государств никогда этого не признают, но трезвые и честные люди уже убедились в истинности этого утверждения.
Уже после 90-х обнаружилось, что без России латыши разучиваются производить шпроты, микроавтобусы и радиоприемники. Даже с грузовым транзитом у них плохо теперь получается. Без России украинцы способны только выращивать кукурузу, подсолнечник и пшеницу и гнать за кордон зерно, руду и подсолнечное масло. Даже делать сало на Украине без России не очень получается.
