На глаза навернулись слезы. Я не стала сдерживать их, и они полились по щекам. Настоящее облегчение после того, как мне пришлось притворятся сильной. Я отнюдь не была сильной, но, возможно, я со временем я бы изменилась. Могла бы стать сильной ради своей семьи или того, что от нее осталось. Если не ради себя, то, по крайней мере, ради них я могла бы собрать остатки мужества, и попытаться дать отпор Гроулу. Снова и снова, пока однажды, возможно, я не сбегу из своей тюрьмы.
ГРОУЛ
Я ненавидел чувства. Ненавидел их остроту и интенсивность. Ненавидел, когда мне напоминали, что я все еще обыкновенный человек со своими слабостями. Мне нужно было окончательно стать монстром, таким, каким меня все хотели бы видеть. А я хотел быть монстром, которого они жаждали видеть.
Я так упорно боролся за то, чтобы быть кем-то, кем угодно, кем-то большим, чем бастардом со шрамом на шее, кем-то большим, чем сыном шлюхи. Всегда хотел стать кем-то.
Я изо всех сил вжал педаль газа в пол. Возможно, мне следовало устроить пробежку. Мне нужно было избавиться от этой избыточной энергии, от этого опасного стеснения, сдавившего мне грудь. Но то место, куда я направлялся, находилось слишком далеко. Я не мог ждать так долго. Сейчас мне нужно было немного разрядить напряжение. Мне нужно было избавиться от этого ощущения в моем теле. Мне нужно было снова стать самим собой. Нужно было напомнить себе, кем я был.
В прошлом мне приходилось делать это почти ежедневно. Убеждать себя в том, что я ценен. Недавно мне показалось, что я дошел до нужной точки, а теперь эта девушка, которая была не из моего круга, все разрушала.
Я остановился перед Батон-Руж в зоне, запрещенной для парковки, не обращая внимания на водилу позади меня, который отчаянно мне сигналил. Распахнул дверцу и вышел. Вышибала ни слова не сказал о том, что я неправильно припарковался, только отступил немного назад, когда я прошел мимо него, не поприветствовав его. Почему-то стало немного жаль, что этот засранец не отчитал меня. Я хотел ломать кости, калечить и убивать.
Внутри бордель был битком набит шлюхами и их клиентами. В воздухе витал фальшивый смех вперемешку с ароматами сладких духов. Пахло потом, сексом и сигаретным дымом. Напряжение было таким сильным, что при желании его можно было разрезать ножом. Я ненавидел красные кожаные диваны и красные лакированные столы, но я здесь был не для оценки дизайнерских изысков.
Напряжение в моей груди немного ослабло. Это ощущение было знакомо. Это было именно то, что мне было нужно. Несколько шлюх взглянули в мою сторону и быстро отвернулись, надеясь, что я выберу кого-нибудь другого. Мне было плевать на их отказ. Меня никогда не интересовало их мнение. Я имел каждую из них, и большинство из них даже не стоили моего времени. Они не могли дать мне того, чего я хотел, в чем я нуждался.
Но была среди них та, которая могла дать мне необходимое. Ей нравилось оставлять отметины от ногтей и зубов, ей нравилось делать это жестко, почти безжалостно.
Лола отвернулась от своего потенциального поклонника, толстого мудака в темном костюме. Я не был знаком с этим парнем, поэтому особо значения для меня он не представлял. Я знал всех значимых людей в этом городе, всех, с кем не следовало бы пересекаться. Надо сказать, что большинство из них были достаточно умны, чтобы все равно не вставать у меня на пути.
Толстяк положил мясистую руку на бедро Лолы, но она стряхнула ее и раздвинула ноги пошире, как бы приглашая меня. Ее платье задралось, открывая моему взору ее гладко выбритую киску; пирсинг поблескивал в тусклом верхнем свете. Толстяк нахмурился, затем проследил за взглядом Лолы в мою сторону. Его лицо вытянулось. Он быстро соскользнул со своего табурета и исчез из поля зрения, отправившись на поисках другой шлюхи.
Мне было насрать. Я прошел мимо бара в заднюю часть здания, прежде чем зайти во вторую комнату справа. Там было пусто, но в воздухе стоял насыщенный запах секса, дезинфицирующих средств и латекса. Я направился к кровати, и через несколько секунд дверь позади меня закрылась.
– Тяжелый день, – констатировала Лола скрипучим голосом. Не вопрос – утверждение. Она знала, что лучше не задавать вопросов. Я же понял, что она близко, когда запах табака окутал меня. Когда у нее не было выпивки или члена во рту, она курила.
