Анна ничего не ответила. Ей стало не по себе. И почему Павел отлучился именно в этот момент?
Ливен издали увидел, что у их купе кто-то стоял. Стараясь удержаться за стенку вагона. Анну нельзя оставить одну и на несколько минут! Что было бы, если бы по своей глупости он ушел ночевать в ресторан? Сколько бы таких… искателей приключений, у которых чувство такта и приличия… утонуло на дне бутылки?
— Георг, прежде чем выпустить Вас в общество, разве Ваш папенька не научил Вас, что навязывать свою компанию даме по крайней мере неприлично? Тем более в том градусе, что Вы находитесь?
Молодой человек повернулся на голос.
— Князь Ливен?? Это Ваша дама?
— Да, это моя дама, и даже если б не была моей, я бы не прошел мимо… Вам следует пойти на свое место и проспаться. Я Вас провожу.
— Я не хочу на свое место… мне там… одиноко… Я шел в ресторан.
— Вы пойдете! Или сами, или я Вас туда доставлю!
Молодой человек сказал что-то на немецком на повышенных тонах. Ливен ответил ему тоже на немецком, в его интонации была… угроза.
— Простите, мадам… Был не прав, — попытался отвесить поклон Георг, но чуть не упал. Ливен схватил его под локоть. И повел в соседний вагон. Через несколько минут он вернулся. Анна так и сидела на его диване.
— Анечка, он тебя сильно напугал?
— Нет. Просто я не знала, что делать… Вы ведь его знаете, кто это?
— Это младший сын одного Остзейского барона, мальчишка, который выпорхнул из-под папашиного крыла и… решил не в меру попробовать взрослой жизни… Аня, он бы не причинил тебе зла… но отделаться от него было бы нелегко…
— Что Вы ему сказали?
— Что если он не пойдет по-хорошему, я скину его с поезда…
— Но ведь не скинули бы?
— Конечно, нет… Но припугнуть его стоило…
— Дядя Павел, а Вы говорили, что в первом классе меньше… подозрительных людей… — вздохнула Анна.
— Ну, слава тебе Господи, здесь был только один. А сколько их во втором, не говоря уж о третьем… Там нам с Демьяном пришлось бы сесть с двух сторон от тебя, чтоб вот такие Георги не искали твоего общества… Аня, ты не хочешь прилечь? Уже поздно.
— Маминой шали не хватит, чтоб прикрыться, если я лягу, — тихо сказала Анна.
— Маминой шали? А одеяло на что? Аня, это твое место. Я его приготовил для тебя.
— Вы приготовили его для меня? — удивилась она.
— Для тебя. Не думала же ты, что я разлягусь здесь с комфортом, а ты всю ночь будешь сидеть?
— Вы — князь, Павел Александрович… Вам положено с комфортом.
— Аня, я — военный, мужчина, а ты дама. Из нас двоих с комфортом должна отдыхать ты. И не вздумай мне перечить.
— Ну хорошо. Но тогда Вы хоть свою подушку возьмите, я положу под голову шаль, мне этого хватит…
Ливен сел в угол дивана, пристроил под голову подушку, прислонился к стенке купе, скрестив руки на груди. Через несколько минут Анна услышала размеренное дыхание — как Павел и говорил, он мог спать в любом месте в любом положении… Не то что она. Ей мешало все — стук колес, раскачивание поезда, запах дыма… неприятный осадок от встречи с тем молодым человеком… Все это, кроме навязчивого юноши, было и в тот раз, когда они с Яковом ездили в Петербург. Но тогда это ее так не беспокоило. Она тогда задремала только потому, что Яков обнимал ее, и ей было от этого хорошо и уютно — даже если вокруг было столько людей… Сейчас она занимала целый диван в купе первого класса, а сна не было ни в одном глазу… Она думала о Якове, как он там, что будет завтра, когда он пойдет на службу в управление… Какие перемены ждут его после отъезда князя Ливена из Затонска… И очень надеялась, что эти перемены не принесут Якову неприятностей…
========== Часть 2 ==========
На станции их встретил экипаж, Демьян с Климом — как звали кучера, загрузили на него багаж. Клим напомнил Анне Трофима, наверное, во время поездок князя он исполнял обязанности не только кучера, но еще и охранника, как Демьян и Трофим — как она могла догадаться по тому, что они постоянно осмативались вокруг — отнюдь не из любопытства.
Анна заметила, что один большой сундук, который она раньше был на задке у княжеской кареты, отсутствовал. Неужели его забыли в поезде?
— Дядя Павел, нет одного Вашего сундука…
— Аня, спасибо тебе за беспокойство. Но слуги у меня не такие разини, чтоб терять целые сундуки с добром Его Сиятельства. Трофим повез его в Петербург. Такие шикарные костюмы, как те, в которых я был, когда мы в Затонске ходили в ресторан и делали снимки, я ношу обычно только в столице, когда появляюсь в свете. Когда я на службе и в своей усадьбе, я предпочитаю костюмы попроще и попрактичней, и цилиндр точно не ношу.
— Это было специально для Затонска? Чтоб произвести впечатление?
— Именно. Чтоб произвести впечатление. И это, насколько я могу судить, удалось.
— Да, несомненно, — согласилась Анна.
Князь умел произвести впечатление, если не во всем, то во многом. Когда экипаж подъехал к белому двухэтажному зданию с портиком и колоннами, у крыльца Его Сиятельство и его гостью ожидало несколько слуг. Экипаж остановился прямо напротив крыльца. Демьян помог выйти Его Сиятельству, а тот в свою очередь — даме.
