— Здесь нет мужской и женской половины, как бывает в других домах. Здесь все по-другому. В одном крыле хозяйские покои, в другом — спальни для гостей. Если бы ты приехала вместе с Яковом, я бы определил вас в свободную спальню в своем крыле. Но поскольку ты одна, думаю, тебе будет лучше занять самую удобную из гостевых спален, вот эту, — Павел открыл дверь, ближайшую к лестнице. — Лучше следовать приличиям. Моя спальня с другой стороны лестницы. Там же комнаты Дмитрия, Саши… У графини будет спальня в конце коридора.
— Значит с этой стороны я буду только одна?
— Аня, спальня графини не рядом с моей. Не на моей половине. Она — не член семьи. Я же тебе сказал, что в своем доме я пытаюсь блюсти приличия. Ну или хотя бы их видимость. Тебя я решил разместить на половине гостей лишь по той причине, что ты — молодая женщина, приехавшая без мужа, и жить рядом с другой дамой более уместно. Но не потому, что я не считаю тебя своей семьей. Графиня — совсем другое дело. У тебя еще есть вопросы?
— А ценное лучше держать подальше от посторонних глаз или можно оставлять на виду?
— Аня, ты о чем?
— Я про свою шкатулку… Я в чужих домах мало бывала, не знаю, как принято…
Ливен засмеялся.
— Анна Викторовна, графиня в воровстве замечена не была, а мне Ваши безделушки и вовсе ни к чему, мне свои девать некуда. Слуги у меня не воруют. Ну как, по мелочи, конечно, тянут, как и везде, но чтоб на драгоценности хозяев или гостей позарились — точно не про мою челядь. Аня, я хозяин справедливый, но строгий, бесчинств не потерплю. Так что шкатулку можешь под матрас не прятать. Думаю, нам лучше спуститься вниз, сейчас Марфа придет заниматься твоим гардеробом, не будем ей мешать.
— А это… обязательно, чтоб она меня одевала и причесывала?
— В каком смысле обязательно? — не понял Павел.
— Ну, может, в доме князя Ливена так принято, чтоб дам одевали… А если я скажу, что не нужно, то я… вмешаюсь в Ваш уклад… и это будет неправильно…
— Аня, а что тебя можно насильно заставить принять услуги горничной, если ты будешь против? Я что-то в этом очень сомневаюсь. Горничная Вам с графиней дана для удобства, так как я прекрасно знаю, что с некоторыми платьями дамам нужна помощь, и чтоб надеть их, и чтоб снять.
Анна хихикнула про себя: «А Павел-то знаток… И как одеть женщину, и как раздеть…»
Увидев ухмылку Анны, Павел мысленно покачал головой: «Ведь замужем уже, а все как ребенок, если ей от такой обыденности весело. Подзавести ее что ли?»
— Да, Аня, я умею это сам… Но все же предпочту, чтоб это делала камеристка… Она сделает это более… аккуратно, ведь она получает за это жалование, а у графини платья дорогие… — в открытую усмехнулся он. — Аня, если у тебя простые платья, и ты не нуждаешься в помощи, никто не будет настаивать на том, чтоб тебя одевала Марфа. Как и на том, чтоб она делала тебе прически, если ты сама этого не хочешь. Пожалуйста, поступай так, как будет удобно тебе самой…
Они спустились вниз.
— Ваше Сиятельство, Вам письмо от Его Высокоблагородия полковника Варфоломеева. Только что доставили… — Матвей держал поднос с конвертом.
Ливен взял конверт, вскрыл его ножом для бумаг, лежавшим рядом, и быстро просмотрел письмо.
— Матвей, я еду в Петербург, прямо сейчас. Скажи Климу.
Дворецкий поспешил выполнять распоряжение Его Сиятельства.
— Аня, Варфоломеев срочно вызывает меня в Петербург, я вернусь утром. Графиня приедет завтра, ближе к обеду.
— Можно я поеду с Вами?
— Нет, ты останешься в усадьбе. Я еду по службе, а не по частным делам. Если было бы можно, я бы взял тебя с с собой. Но это исключено. Напоминаю тебе, что на ночь все слуги уходят спать во флигель. Но если ты боишься оставаться ночью в доме одна, я попрошу Марфу ночевать с тобой.
— Нет, не нужно, — Анна не хотела, чтоб Павел считал ее маленькой девочкой, которая боится темноты.
— Чувствуй себя как дома — можешь осмотреть получше дом, погулять в саду, только слишком далеко от дома не уходи. Утром можешь спать сколько хочешь, никто тебя будить не станет, если только не попросишь об этом сама. Так что, возможно, я вернусь еще до того, как ты встанешь. Ужин тебе подадут, когда ты сама захочешь, скажи об этом Матвею или Марфе. Сам я остаться на ужин не смогу, но чая мы с тобой попить можем. Ты согласна?
— Да.
— Только тебе придется меня немного подождать. Я должен отлучиться на несколько минут. Ты подождешь меня в малой гостиной? Матвей потом накроет нам в столовой. Вообще-то когда я один и тороплюсь, я частенько пью чай в буфетной.
— Его Сиятельство пьет чай в буфетной? — удивилась Анна.
— Его Сиятельство чаевничает в столовой, как ему и положено, в буфетной пьет чай подполковник Ливен, спешащий на службу.
— А Павел Александрович?
— А Павел Александрович пьет чай где ему вздумается, — улыбнулся Ливен.
— Матвей, где Демьян? — спросил князь, вернувшегося с конюшни дворецкого.
— Вещи Ваши разбирает, Ваше Сиятельство.
— Воду наверх!
— Сию минуту! — Матвей вытащил откуда-то из нижнего ящика буфета ведро, наполнил горячей водой из самовара и побежал на второй этаж, князь пошел следом.
