- Нет, – резко отрезал он. – Иногда я пулялся в ребят камнями, а один раз чуть воздухом не порезал. Вода вообще без моего ведома часто «проказничает».
- Так это потрясающе! – подскочила. Оглянулась на недоумевающего Майкла и села обратно. – Не то, что ты ребят норовишь покалечить, нет. А то, что тебе не составляет никакого труда использовать любую магию. У тебя нет основной стихии, тебе подвластны все в равной степени. Теперь главное – найти гармонию с самим собой, принять свою силу и научиться ее не контролировать, а ладить с ней.
- Ладить? – Майкл скорчил презабавную рожицу. – Как можно ладить с магией?
- Представь, что твоя магия – это такая же часть тела, как рука или нога. Ты же не контролируешь постоянно их действия, ты не успеваешь даже подумать, а твои руки уже двигаются, – помахала рукой перед его носом. – Так и с магией. Прими ее как часть своего тела, позволь ей быть частью тебя. И тогда она сама будет действовать до того, как ты успеешь подумать.
- Это сложно, – мальчик задумчиво покачал головой.
- Имей терпение, – хохотнула. – Ходить ты тоже не сразу научился.
Майкл, кажется, глубоко задумался. Никогда бы не подумала, что смогу толкать такие поучительные речи. Это больше в стиле Айро и Милиэ. На самом деле, меня саму проняло. До того, как я рассказала все это Майклу, я не совсем понимала, что есть магия для человека. Что это не инструмент и не навык. Это часть нас самих, как часть тела, только более сложная и неосязаемая.
- А ты умеешь? – неожиданно спросил мальчик.
- Скажем так, – улыбнулась в потолок. – Ползать я научилась.
========== Глава двенадцатая, о спокойствии и учительстве ==========
Следующие несколько дней были посвящены тренировкам. Мы бегали вокруг деревни, медитировали (хотя Майкл пытался заснуть на первой же минуте) и колдовали. Майкл учился контролировать свои силы, а я пыталась его страховать. Если бы мы не тренировались в каменной пещере, убытки было бы не сосчитать.
На второй день за нами бежали почти все дети из дома Нолы. Только дежурная в этот день Таня осталась дома. Впрочем, работы у нее было даже больше, чем у нас – шутка ли, накормить дюжину голодных и уставших сорванцов, каждый из которых ест за троих. На медитациях Таня к нам присоединилась, и она была единственной, кто не уснул (кроме меня, разумеется). Затем каждый по очереди рассказывал мне свой сон и шел играть. Сны я выспрашивала из чистого любопытства, но оказалось не зря: каждому приснился чрезвычайно полезный для него сон, а мне очень хотелось узнать о детях чуточку больше.
Игрой же я назвала один из этапов тренировки. Ребята делились на несколько команд, участники которых должны были каменными мячами попасть в определенные отсеки за спинами противников. Игра становилась тем интереснее, чем больше команд образовывалось.
После игры мы разговаривали. Просто болтали, и каждый из нас рассказывал забавные, грустные, смущающие истории из своей жизни. Несмотря на молодость рассказчиков, истории были потрясающие, и мы то хохотали, катаясь по полу, то ревели, утирая друг другу носы.
Услышав первое бурчание желудка, Таня подскочила и стрелой унеслась готовить обед. Мы переглянулись и облегченно рассмеялись, стряхивая напряжение предыдущей истории. Живот буйствовал ее.
Пока девочки не было, мы тренировали реакцию: я и Майкл по очереди вставали в центр круга, образованного другими детьми, и хаотично пуляли огнем. Дети создавали стены, щиты и даже отбивали пламя каменными битами. Майкл принес кувшин с водой и чередовал каменные стены с воздушными и водяными. Я, естественно, контролировала всю ситуацию, но ребята прекрасно справлялись.
На обед мы вышли подкопченные, но донельзя довольные успехами. Таня обиделась, что мы снова веселились без нее, но ребята дружно принялись нахваливать ее стряпню и обещать, что обязательно скончались бы без нее. Девочка растаяла и подложила льстецам добавки.
После обеда нас позвала Нола. Женщина заявила, что детям вредно слишком много напрягаться и усадила всех в саду за домом. Мы лениво перебрасывались словами, пригретые на солнышке, пока там и сям вокруг меня не стало раздаваться сонное сопение. Дети действительно вымотались.
- Тебе тоже не помешает отдохнуть, – я совсем не заметила, когда Нола примостилась рядом со мной на траве.
Мне не хотелось засыпать. Мне нравилось слушать забавное сопение вокруг и чувствовать тепло солнца. А еще тепло женщины, сидящей рядом.
- Я не хочу, – как-то упрямо буркнула я.
Она ничего не ответила. Только придвинулась ближе и уложила мою голову на свое плечо, мягким движением зарывшись в волосы.
Я впервые подумала, что неплохо было бы остаться здесь подольше. В этом доме, построенном заботливой матерью, какой у меня никогда не было, было спокойно. Рядом были дети, которых я про себя иногда несмело называла братьями и сестрами. Стеснялась собственных мыслей и краснела. Этот дом хранила женщина, удивительно заботливая ко всем детям. Ее почему-то хотелось назвать мамой, но я не позволяла себе такой вольности даже в мыслях.
А еще почему-то хотелось плакать.
