Свободные полеты в гамаке полностью

Он перевязал щеку, дескать, опоздал, поскольку был у зубного врача, и в чем мать родила – в кепке, костюме с галстуком в ромбик – бросился в революцию. На углу Сердобольской и Лесного его догнал трамвай.

– Товарищ! Это какой номер?

– Вагон идет в парк к Смольному через Охтинский мост, – сказал вожатый.

– Скажите, не у этого ли моста стоит обычно «Аврора»? – спросил Ленина случайный попутчик, который оказался гонцом Подвойского.

– Не знаю я ни Авроры, ни Инессы, ни Клары. Я простой рабочий под фамилией Ильин.

В Смольном было накурено, и лампочки уже вывинтили. В темноте никто не заметил, как Ленин взял власть. Началась новая жизнь. Гражданская война, голод, продразверстка, разруха…

Комментарий:И во все времена в нашей стране страх заменял любовь. Крестьяне боялись, что у них отберут урожай, власть боялась, что они не отдадут всё до последнего колоска, страна боялась голода, врагов внутренних и внешних, управдома, НКВД, армии, зимы, засухи, партийцев, сумы, тюрьмы, чужих мыслей и собственных, жен, удач, чистых ногтей, властителей дум, и жили счастливо. Правители боялись населяющих страну людей, потому что их было много, а столько им не нужно, любовниц боялись, друзей, иронии, страсти и многого другого, что Богом и Природой было задумано в радость. Но и любовь случалась.

Сталин и Гитлер любили друг друга, а больше никого, но Гитлер страдал монархизмом (у него из двух положенных Природой testis было только одно яичко), а Сталин был ряб и много курил по ночам, поэтому у них не получилось семьи. К тому же они пугались друг друга в темноте. Вот Гитлер и изменил Сталину с Муссолини, который хотя тоже не Марлон Брандо, но крепкого телосложения и знал раньше других слово «фашизм».

Сталин же стал сохнуть от неразделенной любви. Уже рука одна почти отсохла, когда вошел Поскребышев и говорит: «Что вы, ей-богу, так убиваетесь из-за Адольфа, будто у нас своих негодяев недостаточно? Вон Ягода готов для серьезного чувства или, к примеру, Ежов, пока не покойник. Он ростом еще меньше вас. Как мужчина вы даже выиграете, а народу он уморил не меньше Гитлера».

Еще Сталин любил людей. Но всех съесть не мог.

Буденный был умнее Сталина и Ленина. Он только ничего не знал и не умел. Однажды ночью Сталин переоделся Гитлером, наклеил усы и пришел к Буденному. Это было накануне войны. Семен Михайлович спал и не знал никаких буквально языков. Этим Сталин и воспользовался.

– Вифель танкен в Красной армии?

– Не знаю.

– А самолетен?

– Не знаю.

– А вот Тухачевский знает, и Якир, и Уборевич.

– Вот их и спрашивайте, они вам всё расскажут.

Сталин понял, кто его может предать, и расстрелял всех маршалов, а Буденному за его храбрость разрешил в своем присутствии ходить в носках.

Вызывает Сталин прокурора и говорит:

– Плохо работаете, товарищ Вышинский. Вон сколько народу на свободе. Я стольких не прокормлю.

– Всех посадить никак нельзя, товарищ Сталин. Некому будет ходить на демонстрацию.

– Демонстрация два раза в год, а что эти люди делают между ними?

– Между праздниками они боятся опоздать на работу.

– Надо бы все-таки еще немножко поубивать.

– Война случится – там и поубивают. Может, приготовиться к ней?

– Нэ надо. Мы спасем страну ценой неимоверных человеческих жертв. Во имя жизни всех каждый должен умереть. Как, Януарыч, тебе эта мулька?

– Грандиозно. Эта штука посильнее «Фауста» Гёте.

Сталин приехал на ближнюю дачу, а там собрались на вечеринку партийные соратники. Он велел им веселиться, а никто не умеет. Тогда Сталин, который прочитал дело Хармса, поставил всех в круг и дал Ворошилову по морде, тот – Молотову, тот – Кагановичу, тот – Микояну, тот – Маленкову, тот – Хрущеву. Этот замыкал круг. Достал руку из штанов, посмотрел на Сталина и взялся танцевать гопак, а сам думает про себя: «Придет время, я тебя из Мавзолея выкину».

Сталин ухмыльнулся в усы и говорит: «Из Мавзолея ты меня, может, и выкинешь, а вот из души благодарного народа – вряд ли».

Такой был проницательный человек. Глаз прищурил, носовым платком Молотова (тот под приличного косил) почистил сапоги, что у его отца, Виссариона Ивановича, украл Камо, и подумал:

«Может, не все из них дураки, но подлецы и сволочи – без исключения».

Те тоже медиумы были не из последних. Думают в ответ: «Вот именно, товарищ Сталин, без исключения».

Скоро он умер. Потом они. И всё подтвердилось.