Видимо Реми сказала что-то не то, отчего поморщилась Вивьен, однако Константин благосклонно кивнул, поддерживая тост:
– За наше знакомство, Ремия! Надеюсь, оно будет интересным.
Сидевшая рядом Кристина фыркнула, прошептав непонятные слова на ухо Виви: «Галантность – добродетель нищих». Видимо это был какой-то шифр, потому что та засмеялась, а потом объяснила Реми:
– До академии, я воспитывалась в пансионате, как и цесаревна. Мы выросли вместе и так как вокруг неё вечно вилась толпа почитателей, придумали шифр, чтобы не таясь говорить о чём угодно. А сказать хотели – ты не так далека от истины. Сюрприз только начинается, хотя поначалу Костя сильно возражал.
Парень пожал плечами, ничуть не смутившись.
– А что? Мы члены императорской семьи. А Ульриха заткнуть не так просто – высокого полёта птица. К его словам многие прислушиваются в Совете двора. Опасения советника не беспочвенны, учитывая ситуацию.
– И что заставило вас переменить решение?
– Дошли слухи о ваших с братом отношениях. Божественный глас. Не каждый мужчина выдержит такое давление, а вы оба показали, что достойны фамилии Беркут. Ваш отец напыщен как павлин, не упускает случая напомнить об этом.
– Что-то дома это не было заметно, – пробормотал Рене, обращаясь к глинтвейну, и залпом осушая бокал, обжигая горло. – Его молитвами – и мы бы сидели по углам как мыши, носа за порог не выставляя, чтобы кабы чем не запятнали великую честь рода Беркутов. А сам-то? Хм.
– Давайте не будем о грустном! – влезла цесаревна, вставая из-за стола. – Предлагаю перебраться в столовую, чую Анишка уже расставляет приборы, а мне не терпится отведать строганины и шашлычка под брусничным соусом! Я голодна как волк!
– Ещё бы, прибежала двадцать минут назад и только сейчас порозовела лицом, не бережёшь себя, сестра, – встав следом, заявил Костя, оглядывая надувшуюся Кристину.
– Вот бы мне так – есть и не поправляться! – вторила ему Виви, когда царская пара вышла из комнаты, а Рене оказался совсем рядом с ней. – Всё в порядке? Ты уже сказал?..
– Чёрт, забыл! – ударив себя по лбу, Рен притормозил Реми, намеревавшуюся самой загнать в угол Феликса, чтобы допросить, что не так с его братом.
– Хорошие новости. Виктор нашёл тебе учителя. Маменька не справляется, пора передать дело в руки профессионала.
– А может не надо? – проворчала Реми. – После выступления Дивы мне определённо стало лучше. Не знаю, может попробовать ещё раз.
Она вернулась в гостиную, выцепила взглядом пустой бокал и постаралась вспомнить все уроки, даденные Ингой. Набрав воздух и спустив его в орган нижнего голоса, она напряглась, расслабилась и попыталась запеть. К удивлению всех – получилось! Ровная линия пения вырвалась наружу, однако вместо бокала разбила одну из масок, а потом резко оборвалась и больше не возвращалась.
– Ну, по крайне мере эта дурацкая маска больше не будет мозолить глаза, – рассмеялась Виви. – Сходи на урок, Рем. А то так ненароком зашибёшь кого-нибудь.
Реми расстроилась. Она надеялась, что голос магическим образом восстановится и не придётся заниматься им так усердно. Ей казалось, что пение должно быть простым. Без усилий. Казалось, что другие управляются с ним без всякого напряжения в силу естественного развития связок. Ей такая лёгкость была недоступна. Сила свалилась как из-ниоткуда и после потрясающего дебюта пришла в полнейшее расстройство.
– Всё будет хорошо, – потерев плечо поникшей девушки, сказал Феликс, успевший кликнуть слуг, чтобы прибрались. – Константин будет расстроен из-за маски – она ему досталась в подарок, он известный коллекционер всяких редкостей из-за рубежа. Но не думаю, что будет возмущён. Этот дом – наша территория шалостей. Здесь не бывает старших поколений, детей и случайных гостей. Наше убежище от остального мира, где титулы остаются за дверями.
– Тогда ответь, почему твой брат так печален? – задержав Фела в дверях и дождавшись, пока остальные спустятся вниз, а слуги уйдут, спросила она.
Феликс помрачнел и тяжело вздохнул.
– Не принимай близко к сердцу. Иногда Роба заносит и приходится приземлять брата, вот сейчас как раз такой случай.
– А поконкретнее?
Но Феликс отмахнулся, и пальцем отвесил лёгкий щелбан по носу слишком серьёзной Реми.
– Он на два месяца младше вас с братом, и такой шалопай!
Они спустились в столовую, где Константин уже спорил с Рене о правилах этой новой игры. Сошлись на том, что в справочнике допустили ошибку, так как в противном случае выходит, что команда, первой бросившая кубики, получается больше шансов на победу, а если изменить пару условий, то шансы уравниваются.
– Математика, – проворчала Кристина, дегустируя картофель с говяжьим шашлыком. – Мой учитель приходит в отчаяние, когда доходим до точных наук. То ли дело поэзия или живопись… даже уроки истории и философии и то интереснее, чем физика, химия и геометрия!
– Какое у вас прекрасное образование! – восхитилась Реми. – Признаться честно, мой отец и старший брат сами обучали меня наукам, но я не преуспела так как Павел. Ему нет и тридцати, а он уже сделал несколько открытий в области химии.