Так это был сон! — она чуть не расплакалась, настолько её не хотелось возвращаться в серую и унылую действительность. — Сон… — Настенька грустно вздохнула и протянула руку к будильнику, чтобы выключить его.
И вдруг замерла. На указательном пальчике её сияло маленькое, тонюсенькое совсем колечко. Из какого-то непонятного металла. Белое, белое, белое…
__________
— Что это? — Сарнов с удивлением поднял глаза на посетительницу, пожилую, усталую женщину лет шестидесяти. — Это Вы написали?
— Нет, — глаза женщины наполнились слезами. Крупные капли покатились по увядшим щекам. — Извините, — прошептала она, торопливо вытирая их платочком.
— Что с Вами?.. Успокойтесь… — растерянно забормотал Сарнов. (Да что с ней!?) — Может, Вам воды принести?
— Нет, спасибо, — женщина быстро справилась с собой, судорожно перевела дух и твёрдо повторила. — Не надо!
— Ну, хорошо. Так в чём, собственно, дело? — Сарнов опять невольно взглянул на листок. Ему вдруг захотелось его перечитать. Чёрт!
— Видите ли, мой сын… — женщина опять полувсхлипнула-полувздохнула и аккуратно промокнула платком влажные ещё глаза. — С ним примерно полгода назад стало твориться что-то странное… Он жил-жил, нормальная жизнь у него была… семья, ребёнок… потом вдруг всё бросил… Стихи стал писать, картины… Ну, в общем, долго рассказывать, да Вам это, наверное, и неинтересно. Кончилось всё тем, что его поместили в психиатрическую клинику. Но знаете… — Сарнову показалось, что в глазах женщины на миг сверкнула ненависть, — это всё по инициативе его жены произошло, это она его туда упрятала; а я, честно говоря, так и не уверена до сих пор, правильно ли мы поступили… некоторые друзья говорили, что никакой он не сумасшедший, а наоборот, гений…
