И когда он только вздыхает в ответ, во мне начинает нарастать гнев. Я ненавижу быть свидетельницей такого рода отчаяния. Ведь Лола хотела лишь убедиться, что с ее братом все в порядке, и вот теперь она попала в такой жуткий переплет, которому просто нет названия. Меня до глубины души возмущает несправедливость этой ситуации.
– Ребята сейчас пытаются убедить его изменить решение. Это все, что мы можем сделать.
Я смотрю на Сета и Кларка, которые, горячась, что-то доказывают своему боссу, но, учитывая крайне раздраженное лицо Картера, он явно не в восторге от того, что его люди хотят оспорить его решение.
– У нас есть шансы, что он передумает? – спрашиваю я.
– Почти никаких, – фаталистически признается Шон.
Больше не размышляя, оставляю Лолу и направляюсь к Картеру, Кларку и Сету. Я знаю, что мне остается сделать, выбора нет. Если я все поняла правильно и я смогу избавить мою подругу от всего этого кошмара, я сделаю это без колебаний. Не желаю, чтобы ее яркое живое пламя угасало – ведь мое дрожит, грозя вот-вот затухнуть, уже с самого моего рождения. Моя жизнь уже почти кончена, но у нее еще все впереди.
– Что это за дебильное решение, старик! Ты уверен, что у тебя крыша не поехала? – выходит из себя второй номер в банде.
– Не забывай, с кем ты разговариваешь, Кларк. Я не посмотрю на вечер и на гостей и затолкаю тебе в пасть пушку, если ты меня доведешь!
Добравшись к ним через толпу приглашенных, я проскальзываю между Кларком и Сетом, чтобы оказаться лицом к лицу с этим мерзким пятидесятилетним стариканом.
– Лола вас не интересует. Вы ждете, чтобы я попросила вас не втягивать ее в ваши дела в обмен на готовность помочь, я права?
Взгляд Картера вспыхивает тысячью искр, он явно впечатлен.
– Ты все поняла правильно. В ней не горит того языческого огня, который пляшет в глубине твоих глаз.
Я не обращаю внимания на его дурацкое замечание.
– Лола остается как можно дальше от вас и от меня, и я согласна вам помогать – до тех пор, пока не решится моя проблема с полицией. Если вы отказываетесь от моего предложения, я сама разберусь с правосудием, а вам придется только утереться, если вы понадеетесь что-то от меня получить.
Когда он делает шаг ко мне, у меня возникает чувство, будто стены сдвигаются, обступая со всех сторон. Его давящая, авторитарная аура будто какая-то сверхъестественная сила, которая обрушивается на вас и держит вас в подчинении. Ощущение, что у вас остается некое подобие контроля над ситуацией, – не более чем иллюзия. И вы идете исключительно тем путем, который для вас наметил Картер.
– Договорились.
Когда он уходит, меня охватывает отчаяние.
Вот бы норны услышали мою молитву и Картер бы угодил под автобус. Но нет, он слишком ловок для этого. Он слишком умен для меня. И я только что попалась в его сети, как маленькая наивная девочка.
На мои плечи опускаются чьи-то руки, поворачивая меня вокруг моей оси, и я оказываюсь лицом к лицу с Сетом: он серьезен как никогда.
– Ты не обязана это делать.
Я углубляюсь в свои мысли, которые крутятся вокруг последних событий. Это ведь меня Билл застал в компании Кларка, и это ведь мое поведение в отношении полицейского, которому я сумела дать отпор, привлекло пристальное внимание главаря банды. Да, это стало как бы спусковым крючком. И если я уже не могу вернуться в прошлое, чтобы с самого начала поступить иначе, я могу помочь избежать неприятных последствий для дорогих мне людей в настоящем.
– Обязана. Я считаю, что обязана.
Сет хмурит брови, не в силах понять причин, движущих моим решением, а затем нервным жестом проводит рукой по волосам – он одновременно ошеломлен, взволнован, испытывает облегчение, но прежде всего признателен.
– Черт… Я перед тобой в долгу, Авалон. С тобой никогда не случится ничего плохого, клянусь Драупниром[14]!
Но я не в состоянии осознать ни его слов, ни его обещаний. Я потрясена до глубины души тем поворотом, который только что сделала моя жизнь. Я в ступоре и слышу лишь удары собственного сердца.
Сет направляется к сестре и к остальным членам банды, чтобы предупредить их о последних неожиданных изменениях. И я оказываюсь наедине с Кларком, у которого настолько сильно сжаты кулаки, что они дрожат от напряжения.
– Ты не должна была этого делать ни при каких обстоятельствах!
– Он все просчитал с самого начала, у меня не было выбора!
Мой голос срывается, а Сын Дьявола отвечает мне сардоническим смешком.
– Это типично для главаря любой банды, Авалон. Он заставляет тебя верить, что у тебя нет другого выхода, и поэтому получает все, что пожелает!
Мне не хочется серьезно задумываться над его словами – я боюсь прийти к выводу, что слишком быстро смирилась со всей этой ситуацией.
