– В махинациях Картера слишком многое и слишком многие поставлены на карту, – восклицаю я. – И я не из тех, кто приносит себя в жертву. В настоящий момент, по крайней мере, все в безопасности.
Он презирает меня за глупость и не скрывает этого.
–
И он исчезает, оставив меня наедине с моими ошибками. Меня ждет неизвестный и опасный мир, правил которого я не знаю и куда я могу войти, но откуда не могу выйти до тех пор, пока не выполню условий, определенных нашим соглашением. У моего решения откровенно мерзкий привкус необратимости. Оно меняет мой статус, и вместо обычной студентки я становлюсь преступницей. Совсем не так я представляла свою жизнь в этом университете, и я уже жалею, что покинула Мэдисон – такой спокойный по сравнению с Анн-Арбором.
– Шампанского? – спрашивает официант.
Я хватаю сразу два бокала и один опустошаю залпом, тут же возвращая его на поднос. И когда уже собираюсь влить в себя второй, желая как можно быстрее снять напряжение, от которого рискую взорваться, Лола, еще трясущаяся всем телом от страха, бросается на меня.
– Ава, не пей…
Я не слушаю ее. Я смотрю на гостей, которые явно радуются жизни, тогда как мой мир рушится и земля разверзается у меня под ногами. В моей жизни больше нет места радости.
– Ты сказала, что не будешь мешать мне веселиться.
– Это правда. Но я не думаю, что ты пьешь ради веселья. Тебе не следовало заключать это соглашение с Картером, это просто безумие!
Когда я вижу, как слезы текут у нее по щекам, во мне просыпается инстинкт защитника. Лола заняла в моем сердце огромное место, став важной частью моей жизни. Я чувствую необходимость беречь ее – так же, как маму. И поэтому я глушу мрачные мысли и улыбаюсь, глядя на нее с любовью.
– Ты беспокоишься, что я умру от остановки сердца из-за алкоголя. Ну а я беспокоюсь, что ты окажешься замешанной в какой-нибудь незаконной деятельности. Второй раз ваши родители этого уже не выдержат, – поддразниваю я ее.
Она силится улыбнуться, но ее жалкие попытки терпят неудачу.
– Это я ему нужна, Лола. И у меня нет выбора. А у тебя есть. Я ни за что на свете не стану втягивать тебя в эти дела, это даже не обсуждается. Думаю, мне больше чем когда-либо захочется иметь рядом нормального человека. И если не учитывать, что ты слегка сумасшедшая, именно ты такой человек.
На этот раз она заливается смехом, который согревает мне сердце, но сразу после становится еще грустнее, чем прежде.
– Это я во всем виновата, Авалон! Ты познакомилась с Сыновьями Дьявола потому, что поселилась в одной комнате со мной! Ты пошла с ложным заявлением в полицию, чтобы я на долгие годы не потеряла брата. И ты даже не хотела идти сюда сегодня вечером! Без меня в твоей жизни не было бы всех этих проблем!
Я нежно вытираю слезы с ее щек и беру ее лицо в ладони, чтобы заставить ее посмотреть мне в глаза.
– Ты не несешь ответственности за действия других, Лола. Только Картер во всем виноват, слышишь меня? И потом, после стольких лет смертельной скуки можно наконец сказать, что мне предстоит пережить что-то очень необычное!
Она всхлипывает и вытирает покрасневшие от слез глаза.
– Пообещай, что не станешь убивать меня во сне даже по приказанию Картера.
Наш дружный смех снимает напряжение, и я обнимаю ее, чтобы окончательно утешить.
– Серьезно, обещай все мне рассказывать. Если это зайдет слишком далеко, я сделаю все, чтобы освободить тебя от этого Картера, – говорит она с отвращением. – И тогда мы украдем этот проклятый фонтан.
– Обещаю, Лола.
Немного успокоившись, она кивает, а потом берет меня за руку, сплетя свои пальцы с моими, готовая противостоять дальнейшим событиям.
– Теперь, раз уж мы здесь, давай воспользуемся всем, что может предложить этот дом, и не забудем про шампанское этого мерзавца.
Лола решительно увлекает меня в сторону террасы, но Такер проскальзывает между ней и мной и кладет руки нам на плечи.
– Убери грабли от моей сестры, или ты у меня будешь есть землю! – вмешивается Сет, не слишком беспокоясь о том, чтобы быть любезным.
Такер подчиняется и примирительно поднимает руки в знак своей невиновности.
– Не беспокойся, я не буду ее трогать… Во всяком случае, если она сама меня не попросит, – добавляет он с недвусмысленной улыбочкой.
– Только в твоих мечтах, Такер! – отвечает подруга, показав ему средний палец.
– Еще ни одна девушка не могла устоять перед моим обаянием!
