Весну 1943 года Мухамед встретил в составе Степного фронта товарища Конева, отдельные части которого под командованием генерала Черняховского были брошены на Днепр – один из последних рубежей перед оплотом гитлеровцев, стратегически важнейшую для них переправу. Процесс формирования 3 Белорусского фронта только начинался, но генерал Черняховский как опытный и ответственный полководец уже фактически имел власть, какую имел маршал Конев, пользуясь авторитетом и любовью своих войск. Принимая командование, он в первую очередь встретился с бойцами заградотряда. К 43– ему в отряде Зиангирова осталось всего 5 человек: кто– то пал смертью храбрых в бою с гитлеровцами, а кого– то, конечно, втайне от официальной отчетности, убили из мести свои же. Разумеется, они были за то наказаны, и Зиангиров мог известить штаб фронта о случившемся, чтобы те прислали ему пополнение, а нерадивого командира наказали, но делать этого ефрейтор не хотел. Во– первых, считал, что и пятерых бойцов хватит, чтобы перебить едва ли не половину фронта, ежели те задумают повернуть вспять, а во– вторых, еще неизвестно, как сложатся отношения у ефрейтора, любимца командира части, с вновь прибывшими. Не будут ли они более по нраву полковникам и генералам?..
Генерал же Черняховский решил встретиться с ним и его подчиненными потому только, что сражение, в которое вступала часть фронта под его командованием, было очень ответственным для обеих сторон. И тяжелым – посему никак нельзя было допустить дезертирства, и на подразделение Зиангирова, в том числе, возлагалась более, чем ответственная задача.
– Каждый раз, стреляя в противника, я, товарищ генерал, вспоминаю своего председателя колхоза Максудова. Редкостная тварь. Засел в тылу, а за него вся Советская страна тут кровь проливает. Так и эти, которые бегут. Они же ничем не лучше. Испугались, в тыл хотят – в ту сторону у всех у них лыжи навострены. А кто кровь проливать будет? На кого Родина еще может надеяться, если все вот так вот резко в тыл рванут?!
– Правильно рассуждаете, боец, – улыбаясь, говорил генерал. – Нам такое мужество нужно, особенно сейчас. Но важно, чтобы вы понимали самую суть задачи, которая будет отныне перед вами поставлена…
– Да как же не понимать, товарищ генерал? Я же говорю, бегство с поля боя будем пресекать самым нещадным образом…
– Это понятно. Но масштаб, боюсь, будет в этот раз принципиально иным, нежели, чем ранее. Дело в том, что вам и вашим частям предстоит форсирование и взятие рубежей у Днепра, где гитлеровцами на всем протяжении войны сосредотачивались огромные массы вооружения, стратегических объектов, объектов военной инфраструктуры. Их можно понять – переправа через Днепр есть преодоление приграничного рубежа, за которым заканчивается наша территория и начинается территория рейха, де– факто. Именно с днепровских цитаделей, выстроенных и хорошо оснащенных немцами, обеспечивалась деятельность группы армий «Юг» и «Центр». Из Германии и захваченных ею территорий на эти перевалочные пункты отправлялись эшелоны с техникой, вооружением, людьми, и уже оттуда разбрасывались они по фронтам по мере необходимости. Понятно, что такие перевалочные пункты будут хорошо защищены еще и потому, что, пройдя их, мы, по сути, пройдем границу. Начнем освобождать захваченные территории в Восточной Европе. Посягнем на их территориальную целостность. Понимаете, с каким сопротивлением придется столкнуться?
– Еще бы.
– Нет, не понимаете. Они будут сооружать арьергарды – специальные бастионы, в которых, пока остальные части будут отступать, будут оставаться не один– два защитника, а целые батальоны. Они будут эвакуировать технику и орудия, и на эту эвакуацию бросать минимум вооруженной силы, а максимум оставлять на местах. Те будут сражаться до последнего, давая им уйти, задерживая наши части в этих болотах – арьергардах. Значит, атаки их будут очень яростными. Наши бойцы, с каким бы уважением я лично и все командование к ним бы ни относились, могут проявить слабость…
– Согласен.
– … и отступить в большем масштабе, чем вы привыкли. Справитесь?
– Справимся, товарищ генерал.
– Вот и отлично. Тогда можете быть свободны. Но запомните – при малейшем затруднении, сразу обращайтесь ко мне.