Вит лежал ничком на земле, его тело дымилось, и запах горелой плоти наполнил воздух. Запах палёного мяса.
Руби огляделась и увидела, что Дрюмен неподвижно лежит на спине.
Она поднялась и, пошатываясь, направилась к нему. Добравшись до Дрюмена, она увидела, что его накидка разодрана в клочья и пропитана кровью. Она оторвала окровавленный лоскут и положила в пластиковый пакет, который достала из кармана, затем застегнула и убрала его.
– Он жив? – спросил револьвер.
– Наверняка, – сказала она. – Он ведь не может сейчас умереть, иначе его голова не окажется на пьедестале в наше время.
– Кажется, он не дышит.
Руби склонилась над ним и прикоснулась к шее. Пульса не было. И сердце не билось.
– Не может быть, – произнесла она.
И тут что-то привлекло её внимание. Сперва она решила, что это татуировка на обратной стороне ладони Дрюмена в виде перистых листьев папоротника, но чёрные завитки вдруг исчезли, и она пригляделась повнимательнее.
И увидела, как на коже Дрюмена появились другие отметины. На руках, на шее и на лице. Замысловатые линии изгибались, закручивались – и исчезали. Руби нагнулась ещё ближе и увидела Чёрный амулет на его запястье. Две пары зелёных змеиных глаз блестели и двигались в глазницах, наблюдая за каждым её движением. Обе клыкастые пасти распахнулись и вонзили зубы в предплечье Дрюмена. Амулет живой!
Что он делал, Руби не знала. Но в нём была заключена сила. Она видела её в зелёных глазах – умных и любопытных, которые следили за ней. Внезапно Дрюмен дёрнулся, и Руби поняла, что амулет вернул его к жизни.
На шее появился пульс.
Чёрные отметины на его коже закружились в стремительном вихре. Змеиные пасти разжались, оставив тёмные ранки, которые мгновенно зажили. И тогда змеи застыли, снова превратившись в безжизненные украшения.
Руби пошла прочь, стараясь не шуметь. Оказавшись на безопасном расстоянии, она побежала со всех ног, оглянувшись лишь пару раз. Дрюмен медленно сел, затем с трудом поднялся, пошатываясь, будто пьяный, пока его ноги не окрепли.
Руби выбралась из соснового леса. Увидев белый камень, свой указатель, она бросилась к нему, доставая на бегу осколок врат. Она подняла его в воздух и почувствовала, как он тянет её.
Мгновенье спустя она уже шагнула в мерцающий прямоугольник, парящий в воздухе, и оставила прошлое в прошлом.
Сначала ничего не произошло, когда Томас Гэбриел произнёс заклинание поиска, чтобы найти местоположение золотых сундуков с частями тела Дрюмена. Даже Чёрный амулет не помогал. Он откинулся на спинку стула, вперив взгляд в потолок кабинета Руби, и стал уже переживать, что крови на обрывке накидки недостаточно для заклинания, а значит, путешествие Руби в прошлое оказалось напрасным.
– Прекрасно, – проворчала Руби, глядя на мальчика с другой стороны стола. – Не работает. Почему?
– Я плохо спал ночью, переживал из-за встречи с Советом. В голове туман.
– Ну так разгони его. Сосредоточься!
– Я стараюсь. Заклинание сложное.
Руби сложила руки на груди и насупилась. Солнечные зайчики весело отплясывали на столе, когда Томас Гэбриел попробовал снова.
Это заклинание требовало особого мастерства и не походило ни на одно из тех, что он использовал раньше. И дело не только в том, что нужно правильно произносить англосаксонские слова; Томас Гэбриел должен был всем сердцем захотеть, чтобы заклинание сработало. «Чёрная книга обучения колдовству» выдала ему инструкцию, когда он плюхнулся на стул после второй неудачной попытки.
Оживи магию силой мысли, чтобы заклинание подействовало.
Томас Гэбриел поджал губы и снова выпрямился. Он закрыл глаза и призвал всю свою магию, произнося заклинание. Он чувствовал, как амулет старается помочь, вибрируя от собственной удивительной силы.
И вдруг что-то щёлкнуло внутри него.
Когда заклинание заработало, рука Томаса Гэбриела взмыла в воздух сама по себе, будто кто-то дёрнул за ниточку. Он взял карандаш и стал рисовать. Сначала он никак не мог догадаться, что же это будет. Но через несколько минут перед ним оказался подробный план острова с высоты птичьего полёта – намного точнее, чем он смог бы нарисовать самостоятельно. Затем он написал название – Чизвик-Эйт, прежде чем вновь овладел рукой и положил карандаш на стол.
– Чизвик-Эйт? – спросила Руби, глядя на рисунок.
– Точно, – сказал Томас Гэбриел, довольный собой. – Это остров в Лондоне, на Темзе. Там полно островов на реке. Они все опасные, особенно необитаемые. Хотя монстры прячутся даже на тех, где живут люди.
– Шутишь? – воскликнула Руби. – Монстры на островах? Правда?
Томас Гэбриел кивнул.
– Мой мастер Симеон рассказывал, что на островах Лондона запрещено охотиться, потому что они не принадлежат ни одному этеланду, а находятся под контролем Ордена. Они никого туда не допускают. Запрещено даже говорить об этом, хотя люди всё равно болтают. Если верить слухам, Орден хранит там свои секреты.
– Ты знаешь, где этот остров? – спросила Руби, указывая на название.
Томас Гэбриел кивнул.
