Руби видела, как крошечные человечки, нанизанные на крюки, кружились вокруг Томаса Гэбриела. Они визжали, стараясь вырваться. Но чем дольше они висели на крюках, тем слабее дёргались, пока не замерли, обмякли и растворились без следа.
Несколько существ миновали Томаса Гэбриела и приземлились на траву возле Руби. Они подняли на неё сморщенные лица, острозубые пасти и носы крючком. У некоторых были серебряные серьги. У некоторых – шейные платочки. Она достала револьвер из-за пояса, но чуть не выронила его из рук, как только паки приказали ей войти в воду, и, будто во сне, она уже собралась подчиниться им.
Джонс замахнулся на существ, но они отскочили, как сверчки. Тогда он отломил ветку и стал махать ею, будто косой, и существа кубарем полетели в разные стороны. Оставшиеся паки признали своё поражение и улетели, зарывшись в корни ив.
Наконец снова наступила тишина.
– Ты в порядке? – спросил Джонс Руби.
Она кивнула. И вытащила сучок из волос.
– Они забрались мне в голову, – сказала она.
– Что они говорили?
– Что, если бы мои родители любили меня, всё было бы по-другому. – Руби обхватила себя руками. Она продрогла.
Джонс глянул на свои грязные ботинки. Он не знал, что сказать Руби, чтобы ей стало лучше.
– Что бы ни говорили паки, – сказал он, – они просто хотели утопить тебя, Руби. Они обманщики.
Руби собралась что-то сказать, но времени не было, Томас Гэбриел промчался мимо них, улиточные рожки на его руке указывали путь.
– Кажется, на этот раз я что-то нашёл, – крикнул он. – Я это чувствую.
Руби поднялась на ноги и побежала вместе с Джонсом. Они нагнали Томаса Гэбриела на самом краю острова.
– Я попробовал другое заклинание, – проговорил он, задыхаясь. – Для поиска вещей, спрятанных с помощью магии. Как только я произнёс, что я ищу, меня потянуло сюда. – Его ноги неслись по болотистой почве и густой траве.
Вдруг он резко остановился, – заклинание перестало действовать, – и принялся оглядываться по сторонам.
Он стоял на краю острова, глядя на Темзу. На другом берегу светили фонари. Город то шумел, то затихал. На тёмном небе мигали огни самолёта.
Руби и Джонс ждали с нетерпением. Наконец Томас Гэбриел обернулся.
– Золотой сундук где-то здесь, – сказал он. – Наверняка.
– Смотрите, – сказала Руби и показала на небольшой белый круг, парящий перед Томасом Гэбриелом на уровне колен. Будто крошечный прожектор.
Он нагнулся, чтобы разглядеть его, осторожно, не приближая лицо слишком близко. Затем помахал рукой с обеих сторон круга. Наконец он набрался смелости и сунул палец в круг света, и тот исчез. Он вынул палец и осмотрел его – никаких ран не было.
– Это проход, – шепнул он остальным. – Должно быть, заклинание открыло его и притащило меня сюда.
– Думаешь, замочная скважина? – спросил Джонс, присев на корточки рядом с Томасом Гэбриелом.
– Не знаю.
Джонс глянул через проход, прищурив глаз.
– Там что-то есть, – сказал он, подвинувшись ближе. – Я вижу сундук.
– Золотой? – спросила Руби нетерпеливо.
– Да… кажется. Но только один. Думаю, это сурхфареннес, – сказал он, отходя от круга. – Тайная комната, сотворённая с помощью магии.
– Как её открыть? – спросила Руби.
– Тут говорится, что использовать магию нельзя, – сказал Томас Гэбриел, заглядывая в «Чёрную книгу обучения колдовству». – Нужно резать.
– Чем?
– Тут сказано, что есть особый нож – такой острый, что разрезает воздух. Нам не достать золотой сундук без него.
– Может, ты наколдуешь его с помощью магии? – предложил Джонс.
Томас Гэбриел пробежал глазами по странице.
– Нет, вряд ли…
– А этот достаточно острый? – спросила Руби, выудив из кармана зуб вампира. Он висел на верёвке.
Мальчики посмотрели на зуб, затем друг на друга.
– Возможно, – сказал Джонс.
– Стоит попробовать, – сказал Томас Гэбриел.
Руби схватила зуб за длинный корень и сунула острый кончик в светящийся круг. Затем стала резать вверх, сначала осторожно, потихоньку. Ночной воздух оказался жёстким, будто она резала стейк пластмассовым ножом. Но, хотя она продвигалась медленно, зуб был достаточно острым, чтобы рассечь воздух.
– Молодец, Руби, – подбодрил Джонс. – Не останавливайся.
Когда зуб сделал довольно большой надрез, Руби поднажала и стала активнее пилить взад-вперёд.
– Стой, – сказал Джонс. Он протянул руку и просунул пальцы в надрез. Затем ухватился покрепче и потянул. Но как бы он ни старался, тёмный воздух не двигался. – Жёсткий, как цемент, – сказал он, убрав наконец пальцы в царапинах и ссадинах.
– Смотрите, она зарастает! – Томас Гэбриел показал на щель. Она действительно исчезала, постепенно сливаясь с ярким кругом. Осталась лишь крошечная щёлочка, и Руби поспешила вставить в неё зуб вампира и снова принялась пилить. На этот раз тёмный воздух показался мягче, будто не успел как следует восстановиться, и резать было легче, но, как только она добралась до того места, где остановилась перед этим, снова стало тяжело. Но Руби не сдавалась.
– Смотрите, чтобы опять не закрылось, – сказала она мальчикам.
Джонс и Томас Гэбриел просунули руки в щель, чтобы не дать ей зарасти.
