Клотильда сдавленно пискнула и взбежала по ступеням к окошку. Беата покорно потопала следом. Отто неловко переминался с ноги на ногу. Госпожа Вайс стояла не шевельнувшись: руки на груди, во взгляде – скучающее раздражение.
Ингу и Франца разделял целый вестибюль. Наследник застыл у входной двери.
– Значит, так, – объявила госпожа Вайс. – Коротышек я на дух не переношу. Чем меньше я их вижу, тем лучше для вас самих. Не будете творить глупости – охрана будет сидеть по своим постам. И вам хорошо, и мне. Уяснили?
Одного вида этих «коротышек» Инге хватило с лихвой. Но Франц, очевидно, сдаваться еще не собирался. Он накинулся на куклу с косым недолепленным ухом и потянулся к ее дубинке. Кукла дернулась и, не разжимая рук, изогнулась, взмахнула дубинкой и обрушила ее на принца. Двигалась кукла стремительно, с предельной точностью. Удар пришелся на лопатки, и Франц рухнул на колени. Отто протянул было руку и раскрыл рот, но тут же его захлопнул.
Инга метнулась к Францу, но коротышки тут же сомкнули ряды. Она кинулась напролом, но две куклы тотчас перехватили ее за локти и стиснули, словно меж лопастей. Инга едва не застонала: казалось, кости ее вот-вот расплющатся. Краем глаза она увидела, как Франц вскочил на ноги, лицо его искажала гримаса.
– Довольно, – прозвучал голос госпожи Вайс. – Я думаю, дети урок усвоили. Не будем доводить до крайностей. Клотильда, Беата, будьте добры, проводите наших гостей.
Коротышки разжали хватку, и Инга покачнулась. Переваливаясь с ноги на ногу, куклы расходились.
– Ты как? – Франц подскочил к Инге и схватил за руку.
Инга вцепилась в его ладонь, готовая вот-вот разрыдаться, но госпожа Вайс рявкнула:
– Руки! Девушки к юношам не прикасаются. Увижу такое еще раз, отправлю в подвал. Раздельно.
Инга отшатнулась.
– Сколько же времени мы потратили на эту парочку? – Она обернулась к Отто, который только развел руками. – Уму непостижимо! Клотильда, Беата, живо покажите им спальни!
Клотильда замахала рукой. Она заметно побледнела: наверное, коротышки здесь не нравились никому. Инга сглотнула и взбежала вверх по ступенькам. Франц одарил госпожу Вайс хмурым взглядом и неохотно поплелся следом.
– Фон Тилль был странный, – шепнул он, поравнявшись с Ингой. – Но хотя бы никого не трогал. Я начинаю жалеть, что мы вернулись.
Он криво улыбнулся, но тут Клотильда на ходу развернулась и приложила палец к губам.
– Не злите госпожу Вайс, прошу, – тихонько обронила она.
Они поднялись по скрипучим ступенькам на второй этаж. Беата, все так же бессмысленно ухмыляясь, указала Францу налево. Клотильда шагнула направо.
– Мальчики в спальню девочек не заходят. И наоборот, – сказала она.
Голос у нее был мягкий, совсем не строгий: Клотильда не приказывала, скорее предупреждала. Франц обернулся к Инге. Виновато ли было скудное освещение или пережитые волнения, но под глазами у принца залегли тени, и он показался Инге почти больным. Франц хотел было протянуть к ней руки, но Беата, не переставая улыбаться, извернулась и шлепнула его по ладоням. Он скрипнул зубами.
– Пойдем, – поторопила Клотильда. – Встретитесь за ужином. Никто вас навечно не разлучает.
И здесь, в коридоре второго этажа, Инга уже заметила знакомые дверцы стенных шкафов. Неужели все здание нашпиговано злобными куклами-охранниками? Встречаться еще раз с дубинками коротышек не хотелось. Она переглянулась последний раз с Францем, пожала коротко плечами и нехотя развернулась.
Может, и правда стоит вернуться к фон Тиллю, а потом сразу обратно? Но они окажутся ровно там, откуда ушли… Они ведь вернулись в ту же кабинку на Выставке, из которой сбежали в медальон. Хуже того, если в «аттракционе» часы просто завалились в щель и потому их, видимо, никто не тронул, то здесь, в приюте, медальон немедленно заберут. А что с ним сделают, когда Инга и Франц будут внутри, оставалось только гадать.
Пришлось немного попетлять. Коридор освещался скудно, мимо тянулись двери с номерными табличками. Пятая оказалась приоткрыта, и Инга на ходу заглянула внутрь. Собравшись полукругом вокруг запаленного очага, девочки склонялись над рукоделием. Узколицая девушка со взрослой высокой прической устроилась прямо на коврике, у самого очага, и, раскрыв на коленях книгу, читала вслух. Среди других были и подростки с косичками, и совсем малышки, которые болтали на своих скамейках ногами и непрестанно ерзали. Вот, значит, где все дети…
– Занятия скоро кончатся, – объяснила Клотильда. – Ужин в шесть. Вот здесь уборная. Банные дни по субботам. Стирка тоже по субботам, после помывки. Воскресное платье не заляпай, госпожа Вайс разозлится. Во время работы не забывай нарукавники и передник. Все здесь. – Она похлопала рукой по стопке одежды, которую несла. – Лишних вопросов не задавай. Нелишних тоже не надо.
Они миновали окно, и Инга выглянула наружу. Сухая ветка царапала стекло, задевая прутья решетки. Тучи сползали по крышам прямо на улицу, над дорогой висели клочья тумана.
