Инга отвернулась, едва сдерживая улыбку. С ней друзья. Вот кто они, и Франц, и Лотта. А больше ничего и не важно. Сердце снова застучало быстро-быстро. Только вот где же медальон? Инга бросилась ощупывать карманы. Медальон нашелся в правом, а вот левый был пуст. Цепочка! Неужели она выронила цепочку?..
Она схватилась за ворот, и пальцы ощутили знакомый холодок. Значит, в запале побега она накинула цепочку на шею… От облегчения Инга рухнула обратно на дно корзины.
Проснулась она резко, как будто кто-то ухватил ее за плечо. Знакомый ритмичный грохот с паровыми выдохами так и бил по ушам. Слева, не замечая шума, мирно посапывала Лотта. Франц, вытянувшись, как солдат, спал поперек кабины. На промасленной ткани баллона играли солнечные отблески.
Инга приподнялась, ухватившись за край корзины, и выглянула наружу. Они дрейфовали в обрывках облаков, а впереди рассыпало, как черепки, гребни гор. Она оглянулась: с другой стороны темнели городские крыши, а корзину несло прямо на частокол труб. Фабричный район!
Нос дирижабля качнулся и плавно вошел в черное гаревое облако. Прямо впереди выросла, как из ниоткуда, труба.
– Франц!
Труба приближалась.
– Лотта!
Труба нырнула под корзину и исчезла. Франц приподнялся, Лотта протирала глаза. Инга уже открыла рот, чтобы снова крикнуть, но тут что-то затрещало. Дно выскочило из-под ног, и Ингу мотнуло в сторону. Она налетела животом на борт, и из нее вышибло воздух.
Корзина напоролась на трубу, словно корабль на риф. Но тонуть дирижабль не собирался: корзина крепко села на мель. Выскочили, обматываясь вокруг, стропы. Запели на ветру канаты, оглушительно заскрипело днище.
Франц подскочил к Инге:
– Ты жива?
Хватая ртом воздух, она только кивнула.
– Ну и побудочка! – Лотта висела на другом борту, выглядывая наружу.
– Сможем отцепиться? – крикнул ей Франц.
– Вряд ли! Сидим крепко! Смотрите-ка, здесь лестница!
– Где?
Франц бросился к ней.
– Можем перебраться на трубу и спуститься вниз! Смотри!
Силясь отдышаться, Инга двинулась к ним. Снизу по трубе и правда тянулась черная кованая лесенка. Но до нее можно было дотянуться, только свесившись с края корзины на руках.
– Думаете, стоит? – ужаснулась она.
– Не сдвинемся! – бросил Франц. – Смотри! Дно пробило!
Инга взглянула в сторону мотора, куда указывал принц. И правда: дно было раскурочено, а в дыре виднелась кирпичная кладка. Ударил ветер. Снова завыли бечевки, застонала корзина, накреняясь все сильнее и сильнее.
– Нельзя здесь больше оставаться! – закричал Франц. – Нас просто вытряхнет на землю!
Не дожидаясь ответа, принц закинул ногу на край корзины, перевесился, схватился за обвязку и повис, шаря ногами в воздухе. У Инги так и заныло в животе. Сейчас сорвется… Но принц все же нащупал носком перекладину.
– Подтолкните меня, – кинул он. – А я вас за стропы подтащу.
Инга с Лоттой бросились ему на помощь. Перехватили его за запястья и помогли встать на перекладину обеими ногами. Он тут же согнулся, поймал бечевку, схватился за перильца и повел корзину в сторону. Она угрожающе вздрогнула и накренилась еще сильнее.
– Держитесь! – крикнул принц.
Инга уже перелезала через край. Уперлась носками в корзину, вцепилась в бортик…
– Свешивайся!
Руки у Инги покрылись испариной.
– Давай!
Она зажмурилась, съехала по бортику вниз и повисла.
– Сюда! Да не туда… Сюда!
Инга почувствовала, как Франц схватил ее за ногу, а потом под ней выросла ступенька. Почти как у фон Тилля в медальоне… Теперь перебраться на лестницу не составило труда. Инга стояла на перекладине рядом с Францем и смотрела, как неловко съезжает по бортику Лотта.
– Осторожно!
Корзина встряхнулась, и Лотту мотнуло. Ноги соскользнули, сорвалась рука, и Лотта осталась висеть на другой.
– Держись!
Франц потянулся, цапнул воздух, но не достал.
– Не могу! – взвизгнула Лотта, рука ее разжималась палец за пальцем.
Инга глянула вниз, и дыхание перехватило. Она обхватила Франца обеими руками и крикнула ему:
– Тянись выше! Я тебя держу!
Франц только коротко кивнул, оттолкнулся и наконец ухватил Лотту, чтобы подвести ее ногу к верхней перекладине.
– Ой-ой-ой, – повторяла Лотта.
Они висели на лестнице, крепко сжимая перила, а кабина наверху стонала, встав на ветру уже почти отвесно.
– Вовремя, – бросил Франц.
– Мы чуть не расшиблись, – причитала Лотта.
– Не расшиблись, и ладно, – заулыбался Франц.
– Но мы почти-почти!
– Инга тебя спасла.
– Правда?
– Я бы без нее тебя не достал!
Труба казалась бесконечной, и спускались они долго. На крыше они присели, чтобы отдышаться.
– Ну и утро!
Глаза у Франца так и горели. Ну, все ясно с ним: чем смертельнее приключения, тем лучше.
– Что делать-то будем?
Лотта уже снова улыбалась.
– Дирижабль наверняка заметили, – ответил принц. – Чем быстрее мы отсюда уберемся, тем лучше.
Инга согласилась:
– Да уж. Только вот как нам отсюда…
– Смотрите!
Лотта указывала в конец крыши, где виднелось чердачное окно. Франц закивал, а потом вдруг закашлялся и отвернулся.
– Чего это он? – спросила Лотта.
У Инги внутри что-то оборвалось. Кашлял принц долго, а когда закончил, знакомым движением обтер ладонь о штанину.
– Ну что, готовы? Идем.
