Инга оглянулась на бездыханную темную фигурку принца в зрительном зале. На фабрике, наверное, еще остался эликсир, но его создавала черная магия фон Тилля из крови Ригера, и ничего, кроме злобных коротышек и бессердечных гвардейцев, с помощью этого эликсира не оживало. Раньше микстуры для принца изготавливал отец, но тогда он еще не казался таким глубоким стариком, и теперь Инга ни за что бы не позволила ему жертвовать оставшимися годами жизни. Она могла сделать эликсир сама, но магии она никогда не обучалась и без частей медальона, напитанных магией, ничего не умела. Значит, часы нужно вернуть. Каким бы Франц потом ни очнулся, попытаться она обязана: куклой он появился на свет или нет, подружилась она с человеком. И тот Франц, которого она знала, не мог умереть из-за того, что не успел принять какую-то глупую микстуру.
– Согласен ли второй участник… – начал голос из тени.
– Согласен, согласен! – воскликнул фон Тилль.
– Подойдите, – приказал голос.
Инга поднялась на сцену и не без опаски приблизилась к тени. Человеческих очертаний у нее не было, и вблизи она казалась просто темной рябью в пространстве. Фон Тилль встал напротив, и, глядя через тень, Инга видела только его смутную фигуру.
– Ближе.
Инга задрожала. От тени веяло странным холодком, и вот уже пальцы начало покалывать, а сердце забилось быстрее и еще быстрее…
– Ближе!
Инга сделала шаг, фон Тилль со своей стороны тоже.
– Еще ближе!
Зажмурившись, Инга подошла вплотную – и тут поняла, что все звуки как отрезало. Она открыла глаза: под ногами лежал все тот же настил сцены, но зрительный зал как будто отъехал назад. Они с фон Тиллем стояли по краям освещенного пятачка света, а между ними в воздухе парило «окно».
– Но как… – выдохнула Инга.
– Подойдите, – снова приказал голос.
Инга заглянула в «окно», фон Тилль со скучающим видом последовал ее примеру. За «окном» простиралось бескрайнее хмурое небо. В сизых облаках парили два дирижабля: черный и белый. Люди, сновавшие по их кабинам, казались горстью насекомых, моторы – спичечными коробками, а такелаж – связками ниток.
– Правила просты, – объявил голос. – Добраться до финиша первым. Выбирайте свои фигуры.
– А где же финиш?..
Инга зашарила взглядом по облакам. На горизонте горел просвет. Значит, там…
Фон Тилль усмехнулся:
– Белые ходят первыми? Что ж, на войне ведь не спрашивают, в какой бок колоть приятнее… Моя фигура белая.
Инга закусила губу. Черный дирижабль показался ей тяжелым и неповоротливым: он как раз медленно, грузно разворачивался, и казалось, что этот маневр никогда не окончится.
– Начинайте, – бросил голос.
Инга задрожала. Но как? Фон Тилль уже махнул рукой, и его фигура взрезала облака.
– Я ведь не умею, – выговорила Инга и закусила губу.
Она огляделась: не разобрать было лица отца, и Франца тоже видно не было. Зрительный зал был так далеко, будто он остался в другом мире. А может, так и есть? Может, прикоснувшись к отпечатку, они с фон Тиллем погрузились в своего рода провал?..
Она сосредоточила взгляд на черном дирижабле. Он до боли напоминал тот «Титан», который они с Францем и Лоттой угнали, а потом «посадили на мель» в фабричном квартале. Инга задышала быстрее. Франц и Лотта! Тогда, на «Титане», ей казалось, что у нее есть целых два друга. А теперь будет ни одного.
Черный дирижабль дрогнул и нехотя сдвинулся с места. Инга прижала руки к груди. Получилось! Но фигура фон Тилля уходила вперед куда быстрее. Она прошивала облака легко, как острая иголка тонкий шелк. Черный же дирижабль переваливался с одного облачного гребня на другой с сытой неторопливостью.
– Какой неудачный выбор игрока, – улыбнулся ей фон Тилль.
Инга нахмурилась. Она представила, как крепкий порыв ветра подхватывает отяжелевшую фигуру и толкает ее тяжелой рукой вперед, а винты крутятся, размалывая воздух, все быстрее и быстрее…
Фон Тилль скривился, а Инга закусила от старания губу. Облака побежали, превращаясь на ветру в туманную дымку, а черный дирижабль подхватило и стремительно понесло вслед за белым.
– Неплохо, – сдержанно похвалил фон Тилль.
Видно, ее ветер никак не действовал на дирижабль противника, потому что фигуры поравнялись и черная уверенно пошла на обгон.
– Ну что ж, – пробормотал фон Тилль и наклонил голову.
Белый дирижабль двинулся на таран.
– Что вы делаете? – ужаснулась Инга. – Так нельзя!
– А разве в правилах сказано, что нельзя?
– Но нам не зачитали никаких правил…
– Значит, их нет, – засмеялся фон Тилль.
Белая фигура мягко столкнулась с черной и слегка отплыла в сторону. Между дирижаблями сверкнула ниточка, а потом еще одна, задвигались фигурки людей.
– Но это уже какой-то абордаж! – ахнула Инга.
И действительно, в гондолу черного дирижабля запрыгивали люди. Заблестело оружие, завязалась драка.
– Нет-нет-нет…
Инга совсем потерялась, и тут черный дирижабль слегка покачнуло.
– Ох, какая обида, – заметил фон Тилль. – Один баллон пробит…
Инга уставилась на то, как тугая гусеница баллона теряет форму.
– С такими аэродинамическими свойствами, – фыркнул фон Тилль, – далеко не улетишь.
Фигуры разошлись.
– Ну и завершающий аккорд…
