Все тут же затихли и выжидающе уставились на старшего сержанта. Гоббин наделил нескольких подчиненных, из тех, что стояли ближе всего, испепеляющим взглядом, а затем опустил глаза в письмо и сказал:
— Дилби (да, вы не ослышались: наш простофиля Дилби) пишет, что в ходе своего расследования (и кто, позвольте спросить, выдал ему разрешение вести какие-то расследования?!) наткнулся на… гм… неких заговорщиков, которые… гм… пробудили некоего жуткого… гм… монстра возле канала. На улице Флоретт, если точнее. Это еще не все. Заговорщики, с его слов, помимо прочего, также проникли в ряды полиции, и Шнаппер с поста на Пыльной площади состоит в их числе. Также Дилби сообщает, что вел расследование совместно с… гм… — Казалось, старший сержант вот-вот перемелет собственную челюсть, учитывая, как он заскрежетал зубами. — С доктором Доу из переулка Трокар. Дилби особо подчеркивает, что угроза категории… — Гоббин сверился с письмом. — ГПА, что бы это ни значило…
— Я знаю, сэр! — воцарившуюся тишину прорезало шамканье седоусого старика Лоусона. — Это значит «город под атакой»! Худшая категория… Еще из тех времен, когда защитить Тремпл-Толл можно было лишь с помощью всего личного состава полиции.
— Спасибо за историческую справку, старичье, — проворчал Гоббин. — Я могу поверить, что ты знаешь об этой категории, но откуда Дилби о ней знает, будь он трижды неладен! Впрочем, не это сейчас важно…
Тут взял слово один из констеблей в толпе; сержант так и не понял кто — то ли Теккери, то ли Боунз:
— И что нам делать, сэр?!
— Да, вы же не прикажете нам выдвигаться к каналу? — добавил еще один голос, но уже от дверей, и снова Гоббин не понял, кто говорил — то ли Боунз, то ли Теккери. У них были очень похожие голоса — хриплые и шелестящие, словно листья на ветру.
Сержант потер подбородок. С одной стороны, у него приказ: код на перфокарте соответствовал строке в книге
Почему он должен отправлять своих людей к каналу? Быть может, несколько дней назад он бы и не раздумывал (все же треклятая пресса потом перемоет им все кости за бездействие), но сейчас… во время «Д-об-УК»… Риск крайне велик. Хуже всего было то, что замешан этот треклятый доктор Доу — хитрый до невозможности любитель сунуть нос в дела полиции. Мало того что он — и старший сержант это хорошо знал — вертится в шушерных кругах, так еще и озаботился тем, чтобы вовремя заручиться протекцией влиятельных людей: банкирши Ригсберг, господина комиссара, брандмейстера Пожарного ведомства Кнуггера… Не хватало только начальника Паровозного ведомства, главврача Больницы Странных Болезней и господина судьи Сомма для полной коллекции. Этот докторишка или его щенок-племянник постоянно вылезали то тут, то там, мешая работе полиции. Меньше всего Гоббин хотел отправлять своих людей в помощь Доу.
— Сэр! — вновь заговорил Теккери (теперь уж точно Теккери). — Не нужно никого никуда отправлять.
— И верно! — добавил Боунз — это он стоял у дверей. — У нас и так дел по горло!
Кто-то из молодых констеблей неуверенно вставил:
— Но ведь это приказ самого господина комиссара…
На что более опытные коллеги затолкали его вглубь столпотворения, чтобы не отсвечивал, и обстоятельно пояснили:
— Железный комиссар не покидает свой кабинет. Всем здесь заправляет старший сержант Гоббин. Пора бы давно уяснить это.
Боунз облокотился спиной на дверь и сказал:
— Сэр, думаю, я выскажу общее мнение: все это дурно пахнет. Начать с того, что мы не знаем, есть ли в письме хоть доля правды. Дилби — это архивная крыса, еще и крайне трусливая к тому же. Он расследовал дело о заговоре? Да у него приступ случится, лишь увидь он заговорщика. Я уж не говорю о монстре.
— Верно! — поддакнул Теккери. — К тому же что-то слабо верится в каких-то монстров! Подумайте, сэр: еще один после Черного Мотылька монстр в Тремпл-Толл? Крайне сомнительно.
Констебли зашумели, соглашаясь.
Гоббин хмуро следил за реакцией подчиненных. Всё так: Дилби и его дело не просто дурно пахли, а воняли, как гора дохлых хорьков высотой с трехэтажный дом. Воняли трехэтажным враньем… Кем бы он, старший сержант Гоббин, был, если бы бездумно отправил всех своих людей к каналу? Нет уж, не на того напали…
— Сэр, — прокряхтел старик Лоусон, — один из наших просит помощи. Тем более это категория ГПА! Неужто мы не откликнемся?
Сержант Гоббин наделил престарелого констебля злобным взглядом.
— Вот кого забыл спросить, так это тебя, Лоусон. Тебе еще не пора на свою свалку, или где ты там кости складируешь? Того и гляди в труху развалишься — потом еще подметать в участке!
