Шериф, который стоял позади меня и смотрел мне через плечо, спросил:
— Какое там еще санитарное оборудование?
— Нагреватель для ванны.
Он хмыкнул и пошел обыскивать дом. В маленьких комнатах дачи ничего не нашлось, подвала у нее не было. Не солоно хлебавши, мы вернулись на дачу Греев. Настроение было отвратительное.
— Не за что ухватиться! — пожаловался я Миранде. — Пропали и все!
За весь день кошки не выловили со дня озера ничего, кроме высокого рыбацкого сапога и треснутого пивного бочонка. Наконец шериф сказал:
— Миранда, нам нужны фотографии твоих тетки и дяди. Мы разошлем их в газеты. У тебя есть хорошие?
Она задумалась, потом вспомнила.
— Да, тетя Китти как-то показывала мне фотографию, где они сняты вместе с Хаузерами. Они сфотографировались в прошлом году возле аттракционов в парке Уинслоу.
— Может, поищешь ее?
— Сейчас.
Миранда перерыла все ящики, но фотографии нигде не было. Потом она вспомнила про низенький чердак, где передвигаться можно только ползком и куда попадают через люк в потолке.
— Они туда складывают всякий хлам, — пояснила она. Я встал на стул, открыл люк и вытащил картонный ящик. Там мы нашли фотографии всех четырех. Улыбаясь, они стояли перед вывеской, на которой было написано: «Катание на морском змее — тысяча острых ощущений!»
Я показал фотографию шерифу, и он опять хмыкнул.
— Думаете, их проглотил морской змей?
— Нет, это — прошлогодняя фотография. Но они тут все очень похожи на себя.
Шериф взял фотографию и сказал, что размножит ее и разошлет газетам. Миранда немного повеселела — как будто найденная фотография укрепила ее веру, что пропавших тоже найдут.
Вечером я позвонил домой, чтобы сказать Эйприл, где меня искать, если я кому-нибудь срочно понадоблюсь. Но там все было спокойно.
— Не нашли? — спросила Эйприл.
— Ни следа.
— Доктор Сэм, я тут вспомнила историю, которую прочитала в каком-то журнале — не знаю только, правда это или нет. Там говорилось, как люди попрыгали с моторной лодки в воду и все утонули. Оказалось, что они испугались огромного паука.
— Паука?
— Да. Как вы думаете, не может быть какой-нибудь такой твари на «Гретель»?
— А что, Эйприл, это дело стоит обдумать. Спасибо.
Я повесил трубку, вышел наружу и стал глядеть на стоящую у причала баржу с расписным домиком. Может, там действительно прячется какая-нибудь жуткая тварь? Я вернулся в дом и сказал шерифу:
— Мне нужны рукавицы и мешок из брезента. И электрический фонарик.
— А масляный не подойдет?
— Лучше электрический. Там, куда я полезу, стоят канистры с бензином.
— Это где, на плавучем домике?
— Да. Я пошел охотиться на паука.
Шериф и Миранда стояли на берегу и провожали меня взглядами. На руках у меня были рукавицы, и я нес мешок и фонарик.
Я прошел на корму и открыл дверцу, которая вела в трюм. Я опять увидел канистры с бензином и тряпки. Больше вроде ничего не было. Я медленно повел луч фонарика вдоль стены и вдруг увидел ЭТО. Это была небольшая цилиндрическая штучка. Осторожно, почти не дыша, я протянул к ней руку.
Дюйм... еще один дюйм...
Она у меня в руках! Я осторожно положил ее в мешок.
— Ну, нашли что-нибудь? — спросил шериф, когда я сошел на берег. Миранда смотрела на мешок, в котором явно что-то лежало.
— Что это, Сэм?
— Решение тайны. К сожалению, радости оно тебе не принесет.
Я осторожно открыл мешок и показал им свою находку.
— Оказывается, мы не о том думали. Это вовсе не похоже на легенду о «Марии Целесте», а похоже на сказку про «Ганселя и Гретель».
То, что произошло потом, было очень грустно и неприятно. Мы отправились на дачу Хаузеров, и после того, как мы нашли там то, что искали, шериф поехал к судье за ордером на арест.
Затем мы полночи ехали на машине в Кейп Код, где у нас была назначена встреча с полицейскими в городской управе.
Мы добрались до туристского мотеля перед самым восходом солнца. Уже было довольно светло, и нашему взору открылось полукружие маленьких белых домиков вокруг кухни и душевых кабин. Когда полицейские вышли из машин и рассыпались цепью по траве, один из них спросил меня:
— У вас есть оружие, сэр?
— Нет, я просто приехал за компанию.
Сказав это, я подумал: а действительно, зачем я приехал — чтобы присутствовать при заключительной сцене весьма грустной истории?
Шериф Ленс громко постучал в дверь.
— Откройте! Полиция!
Через несколько минут дверь отворили, и мы увидели усталое лицо Рея Хаузера. Он узнал меня, а не шерифа и тихо сказал:
— Привет, Сэм!
— Вот ордер на ваш арест, — объявил шериф.
Я не стал ждать продолжения. Я услышал, как с другой стороны домика скрипнуло открываемое окно.
Я помчался на звук и схватил ее за руку как раз тогда, когда ее ноги коснулись земли.
— Извините, — сказал я. — Ничего у вас не вышло.
— О, Сэм! — И она с рыданиями упала мне на грудь. К нам подошел шериф.
— Вот ордер на ваш арест по обвинению в двойном убийстве. Вы хотите что-нибудь сказать?
Тетя Китти покачала головой.
— Арестуйте меня, — сказала она. — Я готова.