– С юротделом я переговорю, как это сюда попало, – сказал он, задыхаясь. – Но послушайте, вы ведь эти пункты согласовали и подписали еще в договоре на исследование. Когда только поступали на отделение.
– Мелким шрифтом!
– Запрятать от нас хотели, а теперь всплыло.
Волна праведного гнева постепенно раскатывалась по толпе. Тамара видела, что взгляд Филонина мечется от лица к лицу, как у волка, которого травят гончие.
Стоя там, за спинами, у черного окна, Тамара упивалась переполнявшей ее жестокой радостью.
– Не бей меня, пожалуйста, – попросил Сага Красивый, когда Вертиго втолкнула его в кабинку мужского туалета. Он опустил крышку унитаза, уселся на нее сверху и уставился на Вертиго жалобными глазками.
В холле играл оркестр, да так, что барабанные перепонки разрывало, но здесь, в уборной, оказалось слишком тихо. Вертиго отметила этот факт с досадой: она рассчитывала на приватный разговор.
Благотворительный вечер в культурном центре Пиков начался еще до шоу дронов, здесь собралась вся городская элита, а Сага Красивый не пропускал ни одного мероприятия, где собирались богатые, ухоженные, немного подвыпившие женщины.
Он и впрямь был очень хорош собой. Высокий, спортивный. Волнистые темные волосы едва касались плеч, и когда он откидывал их небрежным движением, чуть пониже уха виднелась татуировка: стрела с наконечником в виде крохотного сердечка.
– Ладно, бей, – добавил Сага, чуть приподняв уголок тонких, четко очерченных губ. – Но только не по лицу.
Весь вечер Вертиго окучивала его, надеясь вытянуть нужную информацию без конфронтации. Но Сага не поддавался ее женским чарам. Тащить его в безлюдный уголок Вертиго рассчитывала лишь в крайнем случае. Но и к уголкам Сага не приближался. Так что ситуация немного вышла из-под контроля, и вот они оказались в туалетной кабинке.
– Я не собираюсь бить тебя, – ответила Вертиго, чувствуя, что краснеет. – С чего ты взял?
– Ах, Вертиго, мурлыкай мне на ухо сколько угодно, но я нутром чувствую, что женщине от меня нужно. Выкладывай.
Работать и впрямь стоило быстро, пока никто не вошел.
– Во-первых, не называй меня Вертиго. Во-вторых, ты – единственный, кто остался в Излучинске после смены элит семнадцать лет назад. Так что я рада твоей готовности сотрудничать.
– Про смену элит я ничего не понял, но про «единственного и неповторимого» мне понравилось.
– Я не говорила про «неповторимого». Что ты знаешь о новой Системе? Той, что внедрили семнадцать лет назад.
Сага только похлопал ресницами.
– Знать ничего не знаю. Я никогда не интересовался информатикой или как это…
Вертиго прищурилась. Сага мастерски играл роль полного тупицы. И ему легко поверить, если поддаться стереотипу, что красавчики редко бывают сообразительными.
– Тебе тогда было двадцать два, – проговорила она, – и ты уже занимал пост советника по транспорту.
– Я просто удачно женился! – отмахнулся Сага.
– И все же твое ведомство должны были предупреждать о нововведениях. Такие проекты не делаются в одночасье. И не рассказывай мне, что занимал свой пост лишь номинально. Даже если это и так, хоть что-то ты слышал.
– Ничего не слышал.
– Твой отец возглавлял департамент реализации инфраструктурных проектов. Уж он-то должен был хоть словцом обмолвиться о грядущих изменениях.
– Самодур и тиран. Мы не общались много лет. Пусть земля ему будет пухом.
Вертиго покачала головой.
– Сага-сага… Столько влиятельных друзей и родственников! Как же так вышло, что в один прекрасный день ты оказался на мусороперерабатывающем заводе и стал сортировать отходы?
– У меня, между прочим, моральная травма на всю жизнь. И если ты собралась сыпать мне соль на рану, то кликни-ка официанта. На трезвую голову я такое обсуждать не собираюсь.
– Не драматизируй. К тому же подробности с завода меня не интересуют. Просто расскажи, как ты там оказался. Ты же понимаешь, это дружеская беседа: мы не в допросной камере, и я весь вечер мурлыкала тебе на ухо.
– Слушай, я не знаю ни-че-го! – Он раскинул руки, на мгновенье выйдя из себя, и ударился кистями о стенки кабинки. Поморщившись от боли, продолжил: – Просто когда моего тестя арестовали…
– Тестя – генерального советника по энергетике?
– Да, – уязвленно ответил Сага. – Так вот, когда его арестовали, я тоже решил дать деру. Но меня скрутили. Без объяснения причин. Привезли на завод и поселили в каком-то гетто. Вот и вся история.
– Ты быстро выбрался оттуда – и года не проработал. И снова катаешься как сыр в масле. Как? Тебе помог кто-то из старых знакомых? Новый советник по транспорту?
Сага хохотнул.
– Еще чего! Я этого павлина знать не знаю. Я выбрался из ада исключительно благодаря тому, что коллектив на заводе подобрался преимущественно женский.
«Ну конечно, – мысленно заключила Вертиго, – пожелай доброго утра одинокой женщине, застрявшей в безнадежной ситуации, и пара соцбаллов за положительное взаимодействие тебе обеспечено. А если ты красив и женщин вокруг много…»
Но зацепило внимание Вертиго совсем другое.
