– Вот как?! – Старуха перестала сыпать крошки. Она быстро взглянула на Антонину цепким, оценивающим взглядом. – Надеюсь, ты им ничего не рассказала?
– А что мне оставалось? Они грозились меня убить… я не хочу умирать…
– Надо же, как оригинально! Не хочет она! Можно подумать, тебя кто-нибудь спрашивает! Не тяни, говори конкретно, что они спрашивали и что ты им ответила.
– Они спрашивали о завещании… о том, чего и сколько оставил ей отец.
– И ты им все выложила?
– А что мне оставалось?
– Могла валять дурочку, могла сказать, что ничего не знаешь. Не мне тебя учить.
– С ними бы это не прошло! Вы их не знаете… это такие люди – они видели меня насквозь! Они… они мне угрожали! Они говорили, что зарежут меня или повесят на люстре!
– Ну-ну, – усмехнулась старуха. – Короче, чего ты хочешь?
– Я хочу спрятаться… уехать куда-нибудь. А для этого мне нужны деньги. Вы мне обещали заплатить!
– Я и заплачу. Обязательно заплачу. Но позднее – когда мы сами получим деньги…
– Я не могу ждать! Я боюсь!
– Подождешь, ничего тебе не остается!
– Нет, я не буду ждать! Я хочу получить обещанные деньги, и хочу получить их прямо сейчас! Заплатите мне то, что обещали, – или вам придется пожалеть!
– Ты мне никак угрожаешь? – Старуха искоса взглянула на Антонину, потом снова перевела взгляд на голубей, которые толклись возле ее ног. – Гули-гули-гули…
– Я вас предупреждаю!
– А что ты можешь сделать? Расскажешь своему нотариусу, что рассказала за деньги содержание завещания? Флаг в руки! Он тебя тут же уволит – и все! Или не все – он еще постарается, чтобы тебя никуда не взяли на работу! Даже в жилконтору! А нам на это уже плевать! Или ты пойдешь в полицию? Еще смешнее! Гули-гули-гули…
– Нет, – Антонина понизила голос. – Да перестаньте вы кормить этих чертовых голубей!
– Чем тебе голуби помешали?
– Они… то есть вы своей идиотской воркотней мешаете мне сосредоточиться! Нет, я, конечно, не пойду в полицию и ничего не скажу нотариусу. Но я поговорю с ней… с Вероникой Дмитриевной… расскажу ей о вас!
– Надо же! – Старуха усмехнулась. – А ты не так глупа, как кажешься на первый взгляд! Честное слово – ты гораздо умнее, чем кажешься! Пожалуй, я тебя недооценила!
– Не надо мне льстить – я не поведусь! Теперь я вижу, чего вы боитесь! Заплатите мне – или я так и поступлю! Расскажу все Веронике! Сорву все ваши планы!
– Стоп, стоп, стоп! Не будем горячиться, чтобы потом не пожалеть! Давай лучше все спокойно обсудим!
– Что нам обсуждать? Я сказала – заплатите мне, или…
– Подожди! Ты же понимаешь, что сейчас я не смогу заплатить тебе все, что обещала… у меня просто нет таких денег!
– Заплатите хотя бы половину, остальное потом.
– У меня и половины нет!
– Тогда нам не о чем разговаривать! Тогда мне ничего не остается, я свяжусь с Вероникой…
– Постой, постой, не горячись! Я сказала, что всей суммы у меня нет, но какие-то деньги у меня, конечно, есть, и я могу заплатить тебе прямо сейчас.
– Сколько?
– Давай посмотрим, что у меня есть… – Старуха раскрыла свою сумку и наклонилась над ней.
Антонина невольно потянулась к ней и тоже заглянула в сумку, полную каких-то мелочей. Старуха, которая суетливо перебирала содержимое сумки, вдруг задержала дыхание, неуловимым движением выхватила из сумки какой-то маленький пузырек, нажала на его колпачок. Из пузырька вырвалось облачко спрея.
Антонина, склонившаяся над сумкой, закашлялась и схватилась за горло.
– Что… – прохрипела она, – что это…
– А это – чтобы ты не болтала лишнего! – невозмутимо ответила ее собеседница.
Антонина отшатнулась от старухи, захрипела, безуспешно пытаясь вздохнуть. Лицо ее посинело, она откинулась на спинку скамьи, несколько раз дернулась и затихла.
Старуха закрыла сумку, огляделась по сторонам, придала Антонине более естественную позу, после чего поднялась со скамьи и удалилась удивительно быстро и энергично для своего возраста. Лицо ее было прикрыто полями шляпки, так что не видно было нахмуренных бровей и плотно сжатых губ. Встретившегося ей на дорожке голубя старуха пнула ногой, он едва увернулся.
Витя Гусь шел по Катькиному садику развинченной походкой фланирующего бездельника. Ему приходилось делать над собой усилие – погода не благоприятствовала таким прогулкам. А что делать – работа есть работа, а Витя работал именно здесь, в этом садике. Он обчищал карманы здешней публики.
Летом работать в садике было одно удовольствие – народу полно, от хорошей погоды все расслабленны и не следят за содержимым карманов. Зимой же публики в саду совсем мало, а кто и попадается – ходят, ссутулившись, подняв воротник и спрятав руки в карманы, так что постороннюю руку в своем кармане тут же почувствуют. Иногда, конечно, появляются группы китайских туристов, но замешаться в такую группу – дело дохлое, потому что на китайца Витя категорически не похож и сойти за своего ему не удастся.
В общем, зимой работать тяжело, но деньги нужны зимой не меньше, чем летом, а, может, даже и больше. Поэтому Витя вышел сегодня на свой обычный промысел.
