Но вернемся к подлинным героям романа. Харизматик Андреас Вольф, уроженец Восточной Германии и бунтующий сын высокопоставленного чиновника, становится убийцей из-за любви, пытается замести следы, и из этого сугубо персонального, постыдного, в общем-то, мотива парадоксальным образом вырастает организация, на манер WikiLeaks стремящаяся разоблачать зло и коррупцию по всему миру. Журналист Том Аберант на деньги бывшей жены создает фонд журналистских расследований, а кроме того волею судеб оказывается хранителем самых темных секретов Вольфа. Интриги Штази, падение Берлинской стены, калифорнийский сквот, любовь, другая любовь, преступления и предательства, похищение ядерной боеголовки, джунгли Боливии (там скрывается от спецслужб Вольф), – в отличие от камерных по сюжету и сдержанных по антуражу «Поправок» и «Свободы», «Безгрешность» предлагает читателю широчайший спектр литературных увеселений.
Однако это, как уже было сказано, не просто увеселения. Умственно отсталый юноша Рамон, которого соседи Пип по сквоту усыновляют, чтобы спасти свой брак, отражается в самой Пип, которую фактически удочеряют Том Аберант и его подруга – журналистка и пулитцеровский лауреат Лейла. Сама Лейла оказывается втянута в расследование, детали которого живейшим образом напоминают ей историю ее собственного первого брака. Красавица Аннагрет – та самая, из-за любви к которой Вольф стал убийцей, – отражается в Пип, которая, в свою очередь, просвечивает в собственной матери… Иными словами, эпическое полотно на поверхности, тончайший перезвон аллюзий и смыслов – в глубине.
Однако, дочитав «Безгрешность» и восхищаясь ее размахом, я решила ознакомиться с мнением американской критики. Первая же прочитанная мною рецензия, превознося литературное мастерством Франзена, в то же время ласково журила его за недостаток масштаба и избыточную погруженность во внутренний мир героев – в противовес социально значимым и жгуче актуальным «Поправкам» и «Свободе». Примерно о том же писали и другие авторы: если прежние романы Джонатана Франзена аккумулировали, суммировали и интерпретировали самый важный, самый болезненный и свежий американский опыт, то «Безгрешность» рассказывает о другом – об общечеловеческом и вневременном, оказываясь таким образом наименее американским романом. Для Америки, привыкшей к тому, что именно Франзен выступает в роли постоянного и самого авторитетного толкователя американской современности, новость, конечно, так себе. Но именно это и делает «Безгрешность» наиболее международным, свободно конвертируемым романом писателя.
Поистине долгожданный (за триумфальным «Жутко громко, запредельно близко» последовал нескончаемый одиннадцатилетний перерыв) роман американца Джонатана Сафрана Фоера «Вот я» – это смешной рассказ об утрате, о смерти и о тотальной дезинтеграции всего и вся. А вынесенная в заглавие библейская цитата (именно такими словами – «Вот я» – откликается Авраам на призыв Бога принести в жертву сына) – прозрачный и горький намек на трагическую неспособность наших современников отвечать на какой бы то ни было зов полностью, всем своим естеством, не думая о цене и последствиях.
После шестнадцати лет распадается семья Джулии и Джейкоба Блохов. Случайно найденный мобильный телефон с порнографической перепиской становится той соломинкой, от которой их долгий и, в общем, не лишенный достоинств брак, стартовавший с душевной близости и сексуальных безумств, а после давший жизнь трем сыновьям, начинает крошиться, оседать и разваливаться.
Распадается еврейская идентичность Блохов – американских евреев в третьем поколении. Дед Джейкоба Исаак (колени у него так никогда и не разогнутся до конца, потому что всю войну он просидел в сыром подвале, скрываясь от нацистов) длит свое опостылевшее существование с единственной целью – дотянуть до бар-мицвы старшего правнука. Однако тринадцатилетнему Сэму, влюбленному в чернокожую одноклассницу, все эти ритуалы кажутся пустыми и не нужными. Для того, чтобы избежать необходимости публично позориться (Сэм уверен, что переврет все молитвы или каким-то иным способом сядет в лужу на глазах у еврейской родни), он готов на серьезный проступок – написать на одном листке все самые страшные ругательства, которые знает, и демонстративно оставить его на парте в Еврейской школе. Это комичное, в общем, правонарушение становится не только формой протеста против навязывания ему чуждых ценностей, но и серьезной проверкой родительской любви – чью сторону Джулия и Джейкоб примут в этом конфликте, смогут ли остаться на стороне Сэма несмотря ни на что?..
