Планирует самоубийство древний Исаак (ему противна мысль о переезде в дом престарелых, но никто из родных не горит желанием забрать старика к себе). Медленно угасает больной и после развода внезапно ставший никому не нужным пес Джейкоба и Джулии Аргус. А за океаном мрачным и трагическим задником для частной драмы Блохов происходит событие поистине глобальное: рушится Израиль. Катастрофическое землетрясение, фактически сравнявшее с землей Иерусалим, развязывает руки всем врагам еврейского государства и дает им шанс наконец поставить Израиль на колени…
Джонатан Сафран Фоер – из тех писателей, чьи книги будут куплены и прочитаны несмотря ни на что, однако не предупредить потенциального читателя о рисках будет нечестно: в пересказе «Вот я» выглядит заметно лучше, чем в реальности. Фоер по-прежнему сохраняет драгоценную суперспособность не осуждать своих героев и сопереживать им с заразительной искренностью (момент, когда Джейкоб ненароком убивает аватара Сэма в компьютерной игре, и выясняет, что оживить его обойдется в тысячу двести долларов плюс налоги, острым, как зубная боль, состраданием отзовется в сердце любого родителя), однако одного этого немного недостаточно для того, чтобы оправдать 600 страниц мучительно многословного, путанного и избыточного нарратива. «То, что ты меня не избиваешь и не издеваешься над детьми, еще не делает тебя по-настоящему хорошим мужем и отцом», – в гневе бросает Джейкобу Джулия, и с ней, в общем, сложно не согласиться: гуманное отношение автора к героям еще не делает его роман по-настоящему хорошим.
Отдельную проблему «Вот я» представляет для русского читателя – сфокусированный на еврейско-американской проблематике, он содержит бездну реалий и смыслов, нам не то, чтобы совсем не понятных, но вызывающих примерно такое же чувство, как грядущая бар-мицва у Сэма Блоха. Что же до шуток (возвращаясь к началу, напомним, что роман задумывался как смешной), то они преимущественно языковые, поэтому переводчик предпочел их не столько переводить, сколько обозначать. Вполне легитимный подход (нет ничего хуже, чем вымученные русские каламбуры), однако временами он продуцирует в читателе ощущение тягостной неловкости – да-да, спасибо, мы поняли, тут предполагается смех за кадром.
Американец Джеффри Евгенидис – автор того же поколения и примерно того же масштаба, что и Джонатан Франзен, однако в силу какого-то рокового стечения обстоятельств у нас он известен куда меньше своего именитого коллеги. Последний роман Евгенидиса «А порою очень грустны» вышел в России в 2012 году и особой популярности не снискал, однако теперь писатель, наконец, обрел нового издателя, решившегося переиздать старые вещи (хочется верить, с большим успехом) и выпустить самую свежую его книгу – сборник малой прозы «Найти виноватого».
Скажу сразу: этот сборник – безупречный, составленный из текстов в диапазоне от хороших до выдающихся, – тем не менее, не лучший вариант для первого знакомства с Евгенидисом. И дело не в том, что короткие его тексты воздействуют на читателя слабее, чем длинные, – ничего подобного, скорее уж наоборот. Причина не читать «Найти виноватого» раньше других книг писателя состоит в том, что вошедшие в него рассказы в некотором смысле живут на полях романов и вступают с ними в причудливый, захватывающий диалог – его-то неопытный читатель Евгенидиса рискует пропустить, лишив себя тем самым радости узнавания и глубинного понимания прочитанного.
Так, открывающая сборник новелла «Воздушная почта», речь в которой идет о молодом американце, умирающем от амебной дизентерии на райском острове в Таиланде, представляет собой альтернативную версию судьбы одного из главных героев романа «А порою очень грустны» (там он благополучно возвращается из долгого путешествия, тут – умирает в пути). Небольшой рассказ «Прорицание вульвы» – история известнейшего сексолога, все идеи которого относительно гендерной идентичности в одночасье рушатся из-за открытия, сделанного более молодой коллегой, – это спин-офф эпического «Среднего пола», в 2003 году принесшего Евгенидису Пулитцеровскую премию. А герои заглавного текста сборника – семейной драмы «Найти виноватого» – определенно живут где-то на периферии того мира, в котором разворачивается действие «Девственниц-само-убийц».
Впрочем, сказать, что малая проза Джеффри Евгенидиса не обладает самостоятельной ценностью и интересна лишь как расширенный комментарий к романам, заведомо несправедливо. Каждый текст, вошедший в сборник, представляет собой совершенно законченное, обособленное высказывание, и роднит их между собой разве что общая минорная интонация. Все рассказы в «Найти виноватого» – это истории распада и краха, так или иначе фиксирующие превращение человеческих жизней и отношений в никчемные обломки, осколки и ветошь.
