Восхитительный, единственный в своем роде язык, заземленный и осязаемый материальный мир, удивительным образом не исключающий летучей фантазии, и по-настоящему волшебная мерцающая неоднозначность (то ли всё происходящее в романе – гриппозные галлюцинации трех Петровых, то ли и правда обнажилась на мгновение колдовская изнанка мира), – как ни посмотри, выдающийся текст и настоящий читательский праздник.
Второй роман – всегда серьезное испытание для автора, но Алексею Сальникову удалось проскочить этот неприятный рубеж практически незаметно. Нашумевшие «Петровы в гриппе и вокруг него», превратившие малоизвестного екатеринбургского поэта в полноразмерную литературную звезду общероссийского масштаба, – в действительности второй роман Сальникова. И знать это, конечно, большое облегчение: читая «Отдел» – первый прозаический опыт писателя, – можно не сравнивать ревниво, не тревожиться «сдулся – не сдулся» и просто получать удовольствие от процесса, наперед зная, что продолжение последует, и экзамен на писательскую состоятельность Алексей Сальников уже сдал и сдал, блестяще.
Однако поскольку сравнения в любом случае неизбежны, стоит всё же предуведомить читателя: при всех своих немалых достоинствах, «Отдел» – именно дебют, и многое из того, что в «Петровых» разгорится ярким пламенем, здесь прослеживается в виде едва намеченного мерцания.
Ненавязчивое остроумие на уровне фразы, во втором романе сгустившееся до почти критической плотности, здесь тоже присутствует, но в куда более низкой концентрации: неосознанно и блаженно улыбаться тому, как именно составлены слова в предложении, вы тоже будете, но заметно реже. Сюжет «Отдела» вновь в причудливой пропорции сочетает самую что ни на есть приземленную, бытовую жизнь с ледяной иррациональной жутью, однако конструкция его куда более прямолинейна и не оставляет особого простора для интерпретаций, толкований и догадок. Пожалуй, единственное, что перекочевало из «Петровых» в «Отдел» (или, если угодно, наоборот) без изменений, – это общее ощущение пронизывающего текст теплого и живого обаяния, практически не объяснимого в рациональных терминах и определенно не раскладывающегося на формальные составляющие.
Главного героя Игоря выперли из милиции с волчьим билетом за неуместное правдолюбство, и единственное место, куда ему в результате удается устроиться, – это странный Отдел, расположенный в здании полузаброшенной котельной. Вместе с другими такими же бедолагами, изгнанными из разных силовых структур за крупные и мелкие прегрешения, Игорь будет бороться с бытовым дискомфортом, возиться с бумажками, торчать в курилке, потихоньку подворовывать кофе у прижимистого завхоза, а пару раз в месяц, по ночам, допрашивать и после этого убивать совершенно случайных людей – мужчин, женщин и даже детей. Драматизм происходящего усугубляется его полнейшей абсурдностью: ни сам Игорь, ни кто-либо из его товарищей (славных, в общем, ребят) не понимают толком, что они делают и в чем провинились перед отчизной симпатичный студент, средних лет пьянчужка или, допустим, молодая задерганная мамаша в офисном костюме.
Поначалу история совестливых душегубов, искренне страдающих из-за того, что им приходится творить, читается как очередная – и весьма изобретательная – вариация на тему «банальности зла». С первых страниц наблюдая за работой Отдела глазами Игоря и его коллег, мы в какой-то момент обнаруживаем, что внутренне мы на их стороне и сочувствуем им куда больше, чем их жертвам: шутка ли – убивать ни в чем не повинных людей, это ж какой стресс, а нервы-то не железные. Однако стоит нам должным образом ужаснуться той легкости, с которой и герои, и мы сами переходим, по сути дела, на сторону тьмы, как за первым слоем сальниковской истории вскроется второй: деятельность Отдела обернется универсальной метафорой любой борьбы с абстрактным и неперсонифицированным врагом вроде «террористов» или «предателей». Но и тут расслабляться не следует: под самый конец, когда мы уже практически перестанем ждать, Сальников всё же выложит на стол объяснение того, чем занимается и с чем борется Отдел на самом деле, заставив нас еще раз – уже по третьему кругу – переосмыслить прочитанное.
Словом, «Отдел» – роман сюжетно изобретательный, остроумно написанный и небанальный по мысли – заслуживал бы самого пристального и благосклонного внимания читателя даже вне контекста громкого успеха «Петровых в гриппе и вокруг него». Однако особенно всё же радует зазор в качестве между первой и второй книгами Сальникова: он позволяет прочертить крайне обнадеживающую траекторию его писательской эволюции и дает основания надеяться на столь же впечатляющее продолжение.
