Итак, «Сказание» как достоверный и подлинный исторический источник было проигнорировано исторической наукой, если не брать во внимание интерес, проявленный к нему историком-самоучкой Артыновым. О признаках подлога, мотивах изготовления фальшивки, лице, рискнувшем пойти на ее изготовление, мы расскажем чуть ниже. Сейчас же попытаемся охарактеризовать само «Сказание».
Древний текст этого сочинения отчетливо делится на четыре части. Первая – рассказ о бегстве славян с берегов Дуная на восток (а не на запад, как сказано в «переложении») и к берегам озера Ильмень и их расселении там. Вторая часть – пересказ «болванной песни». Третья – рассказ о некоем (судя по описанию – греческом) путешественнике, посетившем Коростень, где жило славянское племя рось, и прибытии сюда несколько десятилетий спустя греческого посольства с дарами. Четвертая часть представляла собой записи о переписке «Сказания». Однако и по стилистике, и по фактическому материалу памятник распадается как бы на два больших рассказа. В первом – с былинным началом, многочисленными непонятными словами и выражениями – говорится о расселении славянских племен. Здесь всего лишь упоминается слово «Олег», которое издатель в «Сыне Отечества» переводит не как имя собственное, а как глагол «лечь», «осесть в перелеске». Во втором рассказе повествуется о Крепкомысле и происхождении названия Руси. Он более понятен, написан в летописной манере, хотя и с подробностями, не свойственными летописям.
В сложной компоновке «Сказания» разобраться нелегко. Определенную неясность вносят два обстоятельства: писцовые записи и расхождения между оригинальным древнерусским текстом и его переводом в «Сыне Отечества». «Сказание» как бы имеет два пласта. Первый – это собственно сказание о «вечем Олзе», записанное на «харатейном листе» и, видимо, так сокращенное позднейшими переписчиками, что в древнерусском тексте осталось лишь упоминание о некоем Олеге, исчезнувшее в переводе. Второй пласт – вставка в сказание о «вечем Олзе» рассказа о Крепкомысле, принадлежащая лицу, списывавшему с «харатейного листа». Надо думать, что это лицо и дало дополнительный заголовок всему произведению – «Сказание о том, како уставися прозвание Руси».
«Сказание» производит довольно сильное впечатление. Обе его части пронизаны фольклорными мотивами. Первая – едва ли не полностью построена на былинной, песенной ритмике, содержит фрагменты «болванной», то есть языческой, дохристианской песни славян. Вторая часть замечательна яркой, художественно выразительной зарисовкой «древан» человека с черными горящими глазами, соболиными бровями, хитрым лицом, непривычным для жителей Коростеня головным убором.
В «Сказании» оказалось много параллелей со «Словом о полку Игореве». Это было подмечено уже автором «переложения» памятника, который писал, что тогда, когда «неизвестный певец "Слова о полку Игореве", соловей старого времени», увлекал русские души, «другой Боян вдохновился им, и с его гуслей-самогудков раздались чудные звуки «Сказания»7. В «Сказании» оказалась масса слов и выражений, сходных со «Словом»: «рокы усобные»\ «див», «рыняше», «Хоре», «белых кречетав», «через поле в поле», «чръные врани», «дебри», «скика», «карны», «къмолых», «буйтуров», «чрлъна», «галицы», «помняше» и др.
Язык и характер повествования подчеркивали древность «Сказания». Это впечатление усиливалось заголовком, где упоминался «харатейный лист», и припиской писца, относящейся уже ко времени после принятия Русью христианства (на это указывало пожелание переписчика молиться о душах предков-язычников, слова «аминь и три креста»). Оно же подчеркивалось словарными параллелями со «Словом о полку Игореве», наличием множества темных мест («бияша на сол», «людские коши на па-поломы и подъяры пойде неве», «дне-превяной быстрею», «к себе не угоды скика првую Волынь нашу а безъопасие», «дотче озера Ильменя, где и Олег посем Изборце», «осътаныи рог сорокаваго» и др.).
Исторически значимым в глазах читателей должно было выглядеть и его содержание. Из него следовало, что в далекие времена некие недруги вытеснили славян с берегов Дуная к озеру Ильмень и «на ночь», то есть на Восток, к Днепру, где они построили города, занялись скотоводством и хлебопашеством. Позже начались между славянскими племенами распри. Во время их к Коростеню, где жило племя «рось», прибыл путешественник – грек, а впоследствии – целое греческое посольство, от которого и стало известно в мире о славянах – роси или руси. Ценность «Сказания» подчеркивалась и единственной в своем роде записью «болванной», или языческой, песни.